Ведан! Волна облегчения затопила девушку. Он жив! Он рядом! Он с ней!
– Ведан! – закричала она и, обернувшись….натолкнулась на сердитый взгляд Ибрагима.
Миндалевидные глаза наставника сверкали красным огнем, губы были плотно сжаты.
– Ты куда собралась? – раздраженно спросил он, продолжая её удерживать.
– Ибрагим, слава Богам, вы тут! Пойдемте! Пойдемте скорее! Там Ведан с Лианом! Им нужна помощь! – Ария потянула мужчину в сторону завала. – Что же вы стоите?! Да пойдемте же!
– Мы никуда не пойдем! – решительно ответил мужчина и, схватив девушку за плечи, легонько тряхнул.
– Нет!!! – нечеловеческим голосом закричала Ария, и слёзы хлынули с новой силой. – Вы не понимаете! Там, под завалами грязи может находиться Ведан! И почему вы тут стоите? Вы первым должны были броситься помогать мирдам! Они же….Они же….
– Поздно идти к ним! Всё кончено! – закричал в ответ мужчина, пытаясь перекричать раскаты грома, которые приближались.
Всё кончено…..
Два слова, которые раскаленным сплавом вторглись в сознание девушки, и ввергли её в пучину безумия.
Откуда взялась сила – Ария не знала. Но она вырвалась из рук Ибрагима и стала отступать…туда…назад…к ним….к нему…
– Ария! – властный окрик Ибрагима только подхлестнул девушку.
– Не подходите ко мне…вы…вы….
– Ведан моется в моей ванной, дьявол вас всех раздери!
* * *Ария не вошла в дом, она ворвалась.
Ноги не шли, они продолжали бежать.
Увидеть его! Удостоверится, что с ним всё в порядке. А дальше…гори всё синим пламенем!
Сначала она услышала грязные ругательства, потом всплеск воды. Эти звуки сильнее подстегнули девушку. И в ванную комнату она не ворвалась, она влетела, как маленький смерч.
– Ведан! – в который раз за последний час вскрикнула Ария, и как была, в грязной одежде с перепачканным телом, бросилась к мужчине, который вскочил, услышав резкий шум открывающейся двери и торопливые шаги.
Он подумал, что снова требуется помощь и готов был сорваться с места, когда белокурая фурия налетела на него, кинулась на грудь и…стала целовать шею, пытаясь добраться до лица.
– Ведан!…Ведан!....– Ария захлебывалась в собственных слезах. Он живой.