Ну как так, Марианка? А нечего было так надолго уезжать в Дубай. Я тоже, между прочим, грустил, что тебя нет.
Собственно, этим я сейчас и занимался: лежал на пляже, смотрел на лазурное море, грелся под жарким испанским солнышком, потягивал прохладные коктейли, которые мне время от времени подносили, и скучал по всем, кого рядом нет. Но тоску по родине мне помогал пережить ол инклюзив — вернее, супер-мега-лакшери ол инклюзив, ибо приютивший меня отель принадлежал маминому новому мужику, который оказался весьма ничего — по крайней мере, не скупился ни на что, лишь бы меня задобрить.
— Нормальный мужик, говоришь? — фыркнул батя. — Ну вот, теперь мне его еще больше жалко…
Отголосок беседы услышала матушка, которая в ответ попросила меня показать новую пассию отца.
— Бедная женщина, — сказала мама, придирчиво изучив шикарные загорелые формы этой бедняжки, — надеюсь, она понимает, во что ввязывается. На старости-то лет…
После чего я закончил играть в глухой телефон и предоставил любимым родителям общаться друг с другом самостоятельно, а сам уже привычно подхватив коктейльчик и отправился на песчаный пляж с лазурным морем — тосковать по родине, которую в спешке покинул.
Дана: «В Испании, значит?»
Я: «Ага.»
Дана: «И как там в Испании?»
Я: «Жарко…»
Вдогонку я выслал фотку улыбающегося себя. Ну а в том, что в кадр попали две молодые загоравшие топлес испанки, я совершенно не виноват.
Дана: «Смотрю, как обычно отрываешься по полной…»
Да если бы — люди вокруг отрывались куда лучше. На одном коврике по соседству тискалась парочка, на другом — семья устроила пикник, а про испанок топлес я вообще молчу. Казалось, на целом пляже только я и проводил время один, и компанию мне составлял лишь смартфон, где как назло регулярно мелькала одна уже набившая оскомину парочка.