Прямо под столом деревянный люк в подполье. В открытое окно без стекла залетали листья и пыль."
"На стене чья-то фотография, но с таким освещением ничего не разобрать. За окном стало совсем темно.
Капитан Сильвестри сел на скрипнувшую табуретку и хлопнул ладонями по серому покосившемуся столу. Свечка, стоявшая на нём, дрогнула и чуть не погасла.
— В столице лучше, — заявил он. — Но там совсем не платят. Был я, ребята, в этой пустыне. И теперь снова возвращаться. Но куда деться?
— Никуда, — пробасил мужик со шрамом на морде.
Это точно не гвардейские офицеры. И это не дворяне из Малых Домов. Странно, я думал, что только знать в эти времена управляет шагоходами. Хотя… надо учитывать, что взрослому поколению дворян пустили кровь, а новое ещё не выросло, как и говорил Рэгвард сегодня.
Значит, наняли наёмников и обучили. Или взяли уже готовых, в Дискреме тоже есть шагоходы, которые захватили у нас во время прошлой войны. Или купили.
— Документы, значит? — рыжий бросил пачку бумаг на стол. — Проверяйте.
— Да постою, насиделся за эти дни.
Я хмыкнул, а рыжий противно засмеялся скрипучим громким смехом.
А мне стало несмешно. В открытой кобуре рыжего торчал револьвер со взведённым курком. Одноглазый стоял у стены, что-то закрывая. В темноте видно плохо, но за ней тёмные пятна.
Мужик со шрамом грохнул на стол тяжёлую рацию и нажал тумблер. Засветилась лампа, раздалось шипение.
— Работает ригга-то? — спросил рыжий. — Всё нормально? Боеприпасы, топливо?
— Всё полное.
— Садитесь, — он показал на табуретку. — Сейчас горячее будет.
Да не просто горячее. Будет просто ад. Да ребята самоубийцы, раз решили атаковать нас под прицелом боевой ригги.
— А давайте познакомимся, — подал голос капитан Сильвестри. — Нам же вместе всю дорогу теперь, пока этих мятежников не раздавим.
— Ржавый… кхм-кхм… Эдуард Синдер!
Вот только сначала он представился как «капитан Синклер», как и было указано в документе с местом встречи и паролями. Я расстегнул рукава. Ну это уже точно не моя паранойя. Сейчас начнётся.
— Точно, — капитан сопровождающего нас отряда засмеялся. — И чего я спрашиваю? Помню же, как было записано в бумагах.
Он посмотрел на меня и подмигнул.