Вышло мягче, суставы не вывернуло и вообще, было почти не больно. Больше практики, лучше результат.
Выпустил цепи и приземлился на сухие листья. Надо хорошенько отвлечь врагов, чтобы парни успели забраться и завести двигатель. Побежал к дому. Сейчас оттуда выскочат с криками тревоги.
Пора проверить второй фокус, оставшийся от мёртвых Небожителей. Дар древних предков, который мне вживляли и который всё ещё со мной, несмотря на долгую жизнь. Ведь цепи — это только бонус. Ведь сами Небожители когда-то могли повергать целые армии.
А мне всего-то надо сжечь эти развалины.
Хоть бы сработало. В последний раз я им пользовался при штурме столицы, выжигая ворота императорского дворца.
Звенья, намотанные на руку, стали горячими. С них посыпались искры, но не обычные, а красные и очень яркие. Листья подо мной начали тлеть и дымить, запахло гарью. Я направил руки вперёд.
— Все сюда! — крикнул выбегающий из дома стрелок с автоматом. — Старик Клайдер у…
Руки зажгло так, будто я сунул их в печку прямо в огонь.
Но стало легче, как только красное пламя сорвалось вперёд, оставляя след из искр.
Стрелок даже не успел ничего сказать, когда сгустки красного как кровь огня врезались ему в грудь и откинули назад. И через несколько секунд вспыхнул дом, как спичка. Второй стрелок даже не успел выскочить.
Раздались крики паники, но, что плохо, вместе с этим звучали чёткие команды. Кто-то заорал внутри дома. Я побежал дальше, пока пламя меня не осветило. Надо увести их подальше от ригги.
Руки снова начали нагреваться.
Но зато оно всегда со мной.
Один дом, небольшой, с провалившейся крышей, сильно перекосился. Я зацепился цепями за сваю и потянул на себя. Гнилое дерево лопнуло, дом с грохотом завалился, поднимая туча мусора. Это должны слышать все.
Я побежал дальше. В боку закололо. Ну давай же, столетний дед, у тебя ещё много работы. Отвлекай врага, чтобы он не понял твоих планов, и всегда мешай ему.
— Он здесь… — выскочивший передо мной парень с торчащими передними зубами не успел договорить, замер, увидев цепи.
Это последнее, что мелькнуло перед его глазами. Тело молча завалилось на землю.
Левая цепь исчезла, теперь на руке только татуировки. Я держал правую в кулаке, чтобы не исчезла.
Ещё один дом. Вернее, не дом, а коровник или конюшня. Сильно пахло гнилым сеном.