Из того окна, откуда совсем недавно в нас целились из винтовки, показался Влад Радич, кивнул в сторону машины и поднял большой палец. Намёк понятен.
— Вам сюда! — дозорный открыл нам двери. — Убираемся отсюда!
Мы уселись на заднее сидение, дверь за нами захлопнули, а усатый водитель сразу поехал вперёд, даже не дождавшись товарища.
— Увезу вас в порт, — сказал он. — Пока всем всё равно не до вас.
— Там было весело, — я прислушался. Звуки боя всё ещё не стихли. Где-то голосил пулемёт.
— Это же падре Риноцеронто, — водитель покачал головой.
Больше водитель не говорил ничего. Мы ехали в порт, дорогу я узнавал.
Посмотрел на Громову, в порядке ли она. Девушка дрожала, обе руки вцепились в амулет. А ведь она даже одета не по погоде, только студенческая рубашка. Я скинул свою куртку и набросил ей на спину.
— Всё хорошо, — спокойно сказал я.
— Дальше будет ещё хуже, — её голос дрогнул.
Ещё бы не хватало, чтобы расплакалась. Я подсел чуть поближе и положил ей руку на плечи.
— Дальше будет проще, — шепнул я. — Дальше будет именно то, что я умею. Твой дед знал, к кому надо обращаться в таких случаях. Справимся, девочка, справимся и не с такими. А когда станешь императрицей, все эти ублюдки будут тебе только на один зуб.
Она вроде успокоилась и закрыла глаза. Дыхание больше не такое сиплое и громкое.
А я задумался над собственной фразой, что дед знал, к кому обращаться. Они действительно держали меня столько времени ради подобных случаев? Не знаю, честно, не знаю.
* * *— Рассказывай, — потребовал я.
Радич сел на покрашенную в зелёный цвет скамейку рядом со мной. Мы встретились у мужского общежития. Холодно, ещё темно, вокруг не души. Я уже нагрел себе место, а вот Радич поморщился, когда уселся на холодное.
— Куда ты её дел? — спросил он.
— В комнату Марка, он всё равно в госпитале.
— Нет нужды. Мы за ней смотрим и…
— Я видел, как вы проследили за ней вечером. Так себе у вас слежка. Рассказывай, что и как.
— Дело было так, — Радич зевнул и начал тяжело кашлять. Кашлял долго, потом вытер рот синим клетчатым платком. — Вечером заявился Ульдов со своей свитой, а с ними кто-то из людей падре. Девушку вывезли на одном из прибывших с Ульдовым катеров.
— Я так и понял.