Монашка и дракон

— Вот как? Но вчера мой муж отнесся к тебе очень нежно, или мне показалось?

Она словно намеренно повторяла «мой муж, мой муж», причиняя мне почти телесную боль. Почему же мне так тяжело от этого? Какая мне разница, кому принадлежит дракон? Ингунде, ее сестре или этой пышнотелой женщине?

Не дождавшись ответа, Маризанда продолжала:

— Чем же ты его так очаровала? Я не вижу в тебе особой красоты… в отличие от некоторых, — тут она бросила полный презрения взгляд на конкубин, которые еще ниже склонили головы, демонстрируя покорность.

 — Или в монастыре обучают каким-то тайным штучкам? Как привязать мужчину?

— Простите, я не понимаю вас…

— Она околдовала милорда, — сказала Ингунда. — Она колдунья, миледи.

— Колдунья? — Маризанда окинула меня взглядом с головы до ног. — Это вряд ли. Слишком молода. Сколько ты сказала тебе лет?

Я повторила.

— И тебя зовут Виенн? — последовал новый вопрос.

— Да, миледи.

— Имя не для простолюдинки. Кто тебя так назвал?

— Моя матушка, миледи.

Она была дочерью бедного рыцаря, — сказала я полуправду.

— И нищие мнят себя благородными, — фыркнула Маризанда. — Что ты делаешь с моим мужем?

— Простите? — я удивленно посмотрела на нее.

— Глаза опусти! — взвизгнула маркграфиня, схватив со стола блюдце и швырнув в меня.

[1] Маризанда — имя, образованное от латинского словосочетания «морская волна»

43. Морская волна (часть вторая)

Блюдце пролетело в четырех пальцах от моей головы и ударилось в стену, разлетевшись мелкими осколками.

Конкубины наклонились еще ниже, слуги съежились, отступая, и только мне некуда было спрятаться, я так и осталась стоять перед Маризандой, но благоразумно опустила глаза, чтобы не раздражать ее еще больше.

Принесли шкатулку, и миледи безжалостно вывалила все содержимое на стол. Пробка из флакона с розовым маслом вылетела, и масло пролилось, благоухая, как райский сад.

— Не поскупился, — сказала Маризанда с деланным смешком, и желчно добавила: — Чем же ты заслужила такой щедрый подарок, Виенн? С усердием читала моему мужу по ночам псалмы?

Дамы из ее окружения услужливо захихикали.

— Это не подарок… — снова начала я, но замолчала, когда маркграфиня, потемнев лицом, потянулась за очередным блюдцем.

— И розовое масло, и кармин, — Маризанда отшвырнула коробочку с румянами. — А это что? — она вертела в пальцах щеточку на резной костяной ручке.

— Это чтобы причесывать брови, — пояснила я. — Чтобы волосок лежал к волоску.