Морозов. Книга 3

— Идёмте, что-ли?

Денис и Ксения посмотрели на меня, словно ожидая ответа. Но мне хотелось проверить одну идею. Поэтому я обернулся к старосте и уточнил:

— Иван Ильич, где живёт этот самый Семеныч?

Денис покосился на меня:

— Тебе зачем?

— Да появилось у меня пару мыслей, — ответил я и посмотрел на старосту:

— Ну так где?

— Да прямо идете, — начал объяснять тот, — и на первом повороте налево поворачиваете. Третий по правой стороне дом как раз его. У него во дворе дуб растет, не ошибётесь.

— Спасибо, — поблагодарил его я и направился в указанную сторону.

— Эй, ты куда? — удивлённо крикнул мне вслед Денис.

— Хочу проверить одну теорию, — не оборачиваясь, ответил я, думая, что Денис и Ксения просто пожмут плечами и пойдут по своим делам. Но они быстро меня нагнали:

— Не поделишься этой теорией? — с интересом уточнила Серова.

— Да, — добавил Денис. — Рассказывай, что ты там задумал.

Я обернулся. Староста по-прежнему стоял у храмовых ворот, с удивлением глядя нам вслед. И понизив голос, начал объяснять:

— Да при Ильиче говорить не хотел.

А идея вот в чем: если иногда люди допиваются до одержимости — может быть это как раз наш случай?

Денис и Ксения вопросительно смотрели на меня, ожидая подробностей. И я со вздохом продолжил:

— Ну слушайте: наш случай массовой пропажи людей произошел на похоронах. А Шереметьева обмолвилась, что в одной из деревень все пропали на свадьбе. Оба случая связаны с массовой попойкой.

Денис задумался:

— Тогда почему они друг друга не перебили?

— Ну, кровь во дворе церкви в Салтыковке была, — возразил я.

— Значит, кто-то все-таки пострадал. Возможно, некоторых и убили. А остальные пошли искать новые жертвы.

— Хм, — Денис задумчиво потер ладонью подбородок. — Случаи, когда одержимые могли договориться, бывали. Но есть одно ""но"". Обычно одержимые не превращаются в этих… безмозговых, как их обозвал староста. Они умеют говорить, и даже понимают людскую речь. Просто чаще всего склонны к немотивированному насилию. Да и если бы все было так просто — их бы уже давно изловили.

А потом отправили на перевоспитание этому… Лукичу. Ну, или местные бы решили вопрос.

Он не уточнил, каким образом, но мы все поняли. Люди тут жили суровые.

— В общем, — заключил Денис, — если ты и прав — то это какой-то новый вид одержимости.

— Или давно забытый старый, — резонно возразил я. — Как маньяки. Или бильвизы. Кстати, интересный способ изгнания злых духов. Я про храмовников. У нас в Муроме о таком не знают.