От ухи, сваренной Петром тут же, на берегу, она едва пальцы не проглотила, не прекращая причитать, что и подумать не могла, что блюдо из простой рыбёшки может быть настолько вкусным. Не лосось же, не осетрина, а скажите на милость, какая вкуснятина. Ей всё нравилось, всё приводило в восторг, особенно ставший спокойным Тёмка – малой теперь спал всю ночь, игнорируя побудку для подкрепления.
И всё же отсутствие благ, к которым привык любой человек, живший в мегаполисе, пугало Женю. Ближайшая больница находилась в десятках километров, а хорошая больница и того дальше.
"Следом шли сомнения в будущем Тёмы. Детский садик, школа – единственные на весь посёлок, без выбора. А также, в будущем самой Жени. Богдан не был против жены-домохозяйки, скорее уж он не представлял, чтобы Крош тратила время на работу за три червонца, когда дома женщине всегда есть чем заняться. А если нет – лучше время уделить сыну, сну, наконец, лично ему – Богдан только «за».
Финансовая независимость важна, Богдан старался принять это, получалось с трудом. Чёрт знает что! Реальность такова, что Женька никак не могла тягаться с доходами Усманова. Вопрос о равном распределении расходов на совместное хозяйство неминуемо приводил к глухому противостоянию. Что прикажете делать? Пересесть на малолитражку, потому что Тойота, по словам Крош, жрёт топливо, как не в себя? Отказаться от планов на новогодние каникулы – рвануть куда-нибудь на тропические острова, валяться на берегу океана, есть свежие морепродукты и экзотические фрукты?
Уж так у них сложилось, что Усманов родился в семье предпринимателя, сделал рывок, открыл своё дело, и сейчас мог пожинать плоды своего труда.
– Как ты не понимаешь? – кипятилась Женя. – Я всю жизнь сама о себе думаю, с меня часть квартплаты родители начали брать, как только на работу вышла. В целях воспитания, но начали же! Не могу я позволить тратить такие деньги на нас с Тёмкой! Мне же отдать нечем!
А Богдан не понимал. Искренне, абсолютно честно не понимал и от того злился.