— Ого! И у предков Телани, выходит, была звериная форма? Интересно, какая? — заинтересовалась я.
Мотя покачала головой и внезапно опять стала чёрной.
— Так не скажу, надо магию смотреть. Кто-то из людей умел оборачиваться птицей, кто-то рыбой, кто-то лесным зверьем, но когда кошки возмутились, что у всех по две ипостаси, а у них одна, Мау это прекратила.
— А магия у меня, оказывается, есть, — вспомнила я слова Сандерса. — Змей сказал, что резерв полный, а каналы сухие.
— Опасный он, Свет. Надо поменьше показываться ему на глаза.
— Да, у меня от него мурашки, — протянула я, поежившись.
Мотя стукнула лапой по покрывалу.
— Но главное мы с тобой сделали! Знакомство с герцогом состоялось. Посмотрим замок, переночуем и уйдем. Дальше останется с ним иногда сталкиваться в самых неожиданных местах и держать интригу.
Я подошла к кровати и, скинув туфли, легла прямо в одежде, ощущая тяжесть усталости в каждой мышце.
— Давай ты не будешь меня больше так пугать, Моть. Я уж подумала, что ты собираешься у герцога жить остаться.
— Ну нет, как ты могла так обо мне подумать, Света? — шикнула кошка. — Ценится только то, что трудно дается. А если ты с ним в одном доме бок о бок будешь жить, то никакого азарта охоты не получится. Добыча под боком, только руку протяни. Но мы умные, мы его только завлечем, поманим и исчезнем. — Её глаза хитро сверкнули в полумраке комнаты.
Я от души рассмеялась над грандиозными планами пушистой аферистки.
— Вот даже не представляю, каким это образом можно провернуть, — пробормотала сквозь смех.
— Эх, жаль, что он сильный маг, и я не смогу на него во сне повлиять, — протянула Мотя. — А вот на И́неса смогу. — Она грациозно спрыгнула с кровати, лапы бесшумно коснулись деревянного пола.
Мотя умчалась.
Лунный свет пробивался сквозь занавески и настраивал на мечтательный лад. Я прикрыла глаза и погрузилась в фантазии на тему, как бы хотела прожить новую жизнь.
Для начала я бы занялась магией и выяснила, на что способна. Вдруг я могу созидать? Тот, кто умеет что-то производить, никогда не останется без хлеба. Хоть ты носки вяжешь, хоть картины пишешь, хоть кабачки выращиваешь.