В вашем присутствии ко мне приходит вдохновение…
Пламенные речи профессионального ловеласа прервал звонок. Ромео тревожным взглядом окинул стол, схватил чашки с недопитым кофе, быстро сунул их в мойку и пошел в прихожую.
– А, Игорек, – донеслись оттуда сказанные с явным облегчением слова, – давай на кухню.
Через секунду в помещение молча вошел парень. Однако взгляда хватило, чтобы понять, чей он сын: тонкое, нервное лицо, каштановые волосы, узкие запястья аристократических рук. Передо мной стоял молодой Андрей Федоров, только глаза Светины – припухлые веки и блеклый взгляд.
– Папа, – вяло пробормотал Игорек, – можете нам с Ксюшей пораньше пособие выдать? Поистратились вчистую.
– Конечно, конечно, – засуетился отец и вышел в комнаты. Игорь меланхолично закурил ""Парламент"". Дорогие сигареты для парня, испытывающего денежные затруднения. И потом, какая странная особенность у матери и сына – не замечать посторонних людей. Просто царская привычка не обращать внимания на лакеев. Чтобы не обозлиться окончательно на нахала, я вышла на лоджию.
– Дашенька, воздухом дышите? – осведомился Валерий.
– Если подобное можно назвать воздухом, то да, а ваш гость ушел?
– Простите, забыл представить, это наш сын, Игорь. Вечно они с женой тратят больше, чем получают.
– Уже женат? Такой молодой! Супруга хорошенькая, наверное.
– Ничего, – равнодушно отметил тесть, – только характер гадкий, поругалась со всеми Павловскими и теперь Игоря в гости к родственникам не пускает. Мальчишка тайком бегает. Уж Виолетта ее уговаривала: ""Не плюй в колодец – пригодится воды напиться"". Ни в какую. ""Сами проживем, без родителей"". Глупая, вздорная девчонка. Другая на ее месте, наоборот, принялась бы подлизываться – ласковый теленок двух маток сосет.
– Почему? – удивилась я такому художественному сравнению.
– Мой сват, – вздохнул Валерий, – водитель мусоровоза, представляете мезальянс?
– Как же Виолетта Сергеевна допустила подобный брак?"
"– Целая драма. Ксюшина мать работала уборщицей в школе, где учился Игорек. Заведение элитарное, всякую шваль не брали, только детей из обеспеченных семей, с хорошим положением.