У меня нет никакого желания рассказывать Диме про свою беременность, знакомство с Игорем, роды. — Но Влад знает моего мужа с младенчества и называет его папой, носит его фамилию и отчество. И если сейчас сказать Владу, что на самом деле у него другой папа, будет катастрофа. В первую очередь, для ребенка.
О том, что будет катастрофа еще и для моей семьи в целом, я не говорю. Соболеву наплевать на мою семью и на моего мужа.
— Ситуация сложная, — согласно кивает. — Но тем не менее, я уверен, что мы можем найти выход.
Такое предложение вызывает во мне искреннее изумление. Я даже не сразу нахожусь, что ответить.
— Ты же хочешь, чтобы Влад называл тебя папой, носил твою фамилию, отчество и так далее, — едко замечаю."
"— Да, безусловно, хочу. Но это не первостепенное, я готов ждать, сколько потребуется. Я никогда не говорил, что надо вываливать на ребенка правду в мою первую же встречу с ним.
Если так, то уже легче. Но все же много вопросов.
— Окей, — развожу руками. — И как ты себе это представляешь? Я приведу тебя к ребенку и скажу: «Владик, познакомься. Это дядя Дима. Он иногда будет с тобой гулять и играть». Так?
Дима неопределённо ведет плечами.
— Ну а почему нет? Можно и так.
Фыркаю и отворачиваюсь обратно к лобовому. Счастливые влюблённые пары и семьи с маленькими детьми гуляют по парку. Смеются, оживленно разговаривают, едят мороженое и сладкую вату. Счастье этих людей так сильно контрастирует с трагедией в моей жизни.
Чувствую, что начала болеть голова. Зажмуриваю глаза и тру виски.
— Тебе плохо?
— Нет, все в порядке, — размыкаю веки и снова поворачиваюсь к Диме, вдыхая полной грудью. — Есть еще кое-что важное.
— Что?
— Мой муж. Я рассказала ему о тебе, и он категорически против общения Влада с тобой.
— Извини, Сонь, но мне наплевать на твоего мужа, — Дима даже снисходительно ухмыляется, мол, ерунда какая, муж.
Это ожидаемый ответ. Конечно, Диме наплевать на Игоря и его позицию по этому вопросу.
— А мне не наплевать. Он мой муж, он моя семья.
Я замечаю, как лицо Соболева брезгливо передергивается. Он сжимает челюсть и будто бы пытается погасить в себе вспыхнувшие эмоции.
— Хорошо, – напряженно выдавливает.