В комнату Димы я осторожно захожу где-то через час, надеясь, что он уже спит. Нет, не спит. Лежит в темноте поверх покрывала. Бандаж с руки снял, а одежду нет.
— Где ты была так долго?
— Убрала внизу, посидела на веранде, приняла душ… Я думала, ты уже спишь.
— Нет, я тебя жду. Иди ко мне, — подзывает к себе.
Обхожу кровать и ложусь с правой стороны. Дима сразу же укладывает меня на свое здоровое правое плечо, а пальцами поднимает вверх ночную сорочку и гладит по ягодицам.
Опасная дорожка.
— Дима, перестань, — прошу, смеясь.
— Что перестать? — его пальцы уже отодвигают в сторону кружевные стринги и касаются промежности.
— Дима, никакого секса! — силой сбрасываю с себя его руку. — Тебе прострелили плечо.
— Но не член же.
— Очень смешно! — язвлю. — Тебе нужно лежать и меньше двигаться.
— Так я и буду лежать, а вот ты…
— Соболев, нет! — отрезаю и сажусь на постели.
— Белоснежка, ну что ты у меня такая строгая? — Дима тоже отрывается от подушки и садится. Здоровой рукой подхватывает меня за талию и придвигает ближе к себе.
Делаю глубокий вдох. Внизу живота уже ноет, между ног пульсирует.
— Соскучился по тебе, — шепчет на ухо. — У тебя такое сексуальное тело. У меня член стоит от одного взгляда на тебя, — прикусывает тонкую кожу на шее и целует это место. Ладонь уже пробралась в глубокое декольте ночной сорочки и гладит возбужденные соски. — Хочу трахать тебя каждый день, круглосуточно и во всех позах.
— И я соскучилась, — томно выдыхаю, обнимая его за шею и ныряя пальцами в волосы на затылке. — И я хочу тебя, Дим. Но тебе нужен физический покой.
— А мы аккуратно.
Дима снова захватывает мои губы в плен, целует их нежно, и я сдаюсь. Помогаю Диме снять футболку и укладываю его на спину. Сама сажусь сверху. Чувствую его возбужденный твердый член сквозь спортивные штаны и мои стринги. Трусь промежностью, возбуждаясь еще больше.
Склоняюсь к Диме, нависаю над ним.
Снимаю их с Димы. Он остается в одних боксерах. Глажу через них член, сжимаю его.