— Лианти, — задрожав, шепнул эльф что-то на своем языке. Я не понимала его речи, но слово было красивым и звучало ласково, как признание в любви.
— Лианти? — повторила я за ним. — Что это значит?
— Узнаешь. Потом. Когда придет время.
Он вскинул бедра, отчего головка его члена проникла в меня наполовину, сладко растянув внутренние мышцы.
Я почувствовала капельки пота над верхней губой. Сердце рвалось из груди.
— Лианти, пожалуйста, — взмолился эльф, дергая скованными руками. — Как жаль, что я не могу тебя обнять.
Медленно, осторожно я начала опускаться на его член, наслаждаясь растущим ощущением заполненности.
Сдавшись на мою милость, Антариан протяжно застонал и закрыл глаза.
— Наконец-то, лианти, наконец-то. Я так долго ждал. Не верил. Не надеялся.
Тихонько звякнули цепи, заскрипел матрас. Раскрытой задницей я коснулась его тугой надутой мошонки. Его член, невероятно большой и длинный, вошел в мое лоно целиком, растянув мышцы до предела. Он просто распирал меня изнутри.
— Да, лианти! Да!
Привыкнув к размеру своего любовника, я приподнялась на коленях и снова насадилась на его горячий член.
Антариан завыл.
— Не останавливайся. Только не останавливайся.
Он с такой силой выгибал горло, вминая затылок в подушку, что казалось, острый кадык вот-вот прорвет нежную кожу шеи.
— Лианти, лианти!
— Меня зовут Надин, — только сейчас я сообразила, что так и не нашла времени представиться.
— Лианти Надин, — прохрипел эльф, кусая губы.
Первое время он пытался толкаться в меня, но поза, в которой его сковали, не особо оставляла пространства для маневров, поэтому вскоре он обмяк в своих путах, позволив править балом мне.
Под звон цепей я качалась на его бедрах — вверх-вниз, вперед-назад, по кругу до алых вспышек перед глазами. Его ствол был горячим, обжигающим нутро, а мошонка почему-то — прохладная. Красная, взмокшая, я скакала на члене своего связанного любовника, и его переполненные яйца сочно шлепали о мою задницу.
— О богиня, я сейчас…
Брови Антариана сошлись на переносице.
"Его член пульсировал глубоко внутри меня, а я сжималась на нем, рыдая от удовольствия и жадно хватая губами воздух. Жаркая волна зародилась между ног и разбежалась по всему телу: сладко-щекотные мурашки — по бедрам, по плечам, по голове.
Снова и снова внутрь толчками выстреливала горячая влага.