А тут я сам себя не понимал. Тогда я побоялся, что она мне надоест и я захочу переключиться на кого-то другого. Боялся сделать ей больно.
Потом же, я, фактически, сожительствовал с собственной женой два года и у меня и мысли не возникло увлечься кем-то.
Старательно гнал от себя монолог с совестью, что с таким раскладом можно было бы жить с Алисой. Если не хотелось переключаться с жены, то с Гаечки и подавно бы я не переключился. Одна мысль о рыжей девушке — и по телу забытый озноб. Даже спустя два года.
Снова чертово совпадение сближало нас. Но, учитывая сколько раз уже это было, я не удивлялся, что в нашем случае — это действительно против всех законов статистики и вероятности.
Я не мог ждать долго, поэтому пригласил ее в тот же день в кафе. Ничего лучшего, чем расставить границы между нами, я не нашел.
***Я должен был переключится с нее за эти два года и не реагировать Забыть. Остыть. Как и она. Но, оказывается, я просто временно заморозил все. А сейчас во мне просыпалось странное чувство, словно что-то давно забытое снова возвращалось в мою жизнь. Что-то важное и дорогое. Мой брак, проекты, работа уже готовы были уступить дорогу, если бы она только дала мне повод думать, что можно все вернуть.
Девять ноль две. Где к черту Алиса? Она же сказала, что придет. Словно, отвечая на мой немой вопрос, спустя минуту появляется в кабинете. Закопанные глубоко зерна, наконец, получают глоток той влаги, которой так не хватало, чтобы начать расти. Сейчас, рассматривая узкую юбку, облегающую бедра и выделяющую попу, невольно вспоминаю — были ли они раньше такие? Блузка, прикрывающая то, что я и так, оказывается, помню, белой полупрозрачной тканью, будоражила мое воображение.
Я думал, что я научился после нее контролировать свои желания. Я вылечился или она меня вылечила. Я себя обманывал. На самом деле, я просто засыпал это песком и похоронил, а сейчас она проводила эксгумацию всего этого. Она ведь, рыжая стерва, специально опоздала.