Лёшка с усилием приподнялся со своего полога и оглядел место привала. Всюду, куда бы он сейчас ни посмотрел, были видны фигурки егерей, лежащие так же, как и их командир: под спиной непромокаемое вощаное полотно, ноги приподняты вверх, а личное оружие бережно прижато к груди.
— Рота, подъём! Всем быстрая оправка, и снова вперёд! Дозор может уже сейчас уходить! Боковые звенья и заслонный десяток пока те же! — и Егоров, закинув за спину отцовский штуцер, начал первым сворачивать свой полог.
— Внимание! Кавалерия с тыла! Заслон вырублен, а на нас идёт лава! Меня рядом нет, действуйте! — выкрикнул вдруг вводную Лёшка и чуть отступил в сторону, придирчиво оценивая действия своих подчинённых.
Милорадович, резко подобравшись, осмотрелся вокруг.
— Внимание, рота! Принимаю командование на себя! Всем надеть на ружья штыки! Прапорщик Гусев, ведите второй, третий и четвёртый плутонги к ближайшей опушке колонной! — Живан махнул рукой в сторону леса, указывая направление.
Рота стремительно, блестя штыками, отходила сомкнутым строем к лесу.
— Фугасы не подрывать, задача учебная! — снова подал команду Егоров. — От опушки раздался залп османских лесовиков арнаутов, Милорадович и ещё пятеро егерей тяжело ранены. Действуйте!
— Внимание, рота, беру командование на себя! — рявкнул Гусев.