— Мне?
Она склонила голову так, чтобы шептать ему в ухо.
— Уверена, ты сможешь что-нибудь придумать. Просто подними руку и сделай злое замечание этим своим тоном. Пристально глядя на него. Это может вылиться в занимательную сцену кулачного боя.
Линия его щеки изогнулась.
— Очень смешно.
Оливия, улыбаясь, вновь повернула голову к кафедре.
— Тебе было неприятно? Врать Тому о нас?
Адам, кажется, задумался.
— Нет. — Он помедлил. — Похоже, твои друзья верят, что мы вместе.
— Мне тоже так кажется. Я не вполне искусный лжец и порой боюсь, что Ань может что-то заподозрить.
Они замолчали и последние несколько минут слушали лекцию в тишине. Перед Оливией дремали как минимум два преподавателя и несколько тайком работали за своими ноутами. Рядом с Адамом доктор Родригес последние полчаса играл на телефоне в «Кэнди Краш». Некоторые ушли, и минут десять назад Ань нашла свободное место. Как и несколько студентов, стоявших рядом с Оливией, а это значило, что теоретически она могла бы встать и оставить Адама в покое.
Вместо этого она снова поднесла губы к уху Адама и прошептала:
— Должна сказать, для меня все получилось как нельзя лучше. Вся эта история с фейковыми отношениями.
Получилось просто отлично. Она и предположить не могла, как все будет хорошо.
Адам моргнул, потом кивнул. Его рука у нее на талии, быть может, чуть-чуть напряглась. А может, и нет, может, разум Оливии сыграл с ней злую шутку.
— А для тебя?
— М-м-м? — Адам не смотрел на нее.
— Для тебя все получилось хорошо? — Она как будто напрашивалась на положительный ответ. Оливия сказала себе, что это потому, что ей приходится напрягать голос, чтобы говорить тихо. — Или, может, ты хочешь пораньше как бы расстаться?
Секунду он молчал.
— Нет. Я не хочу как бы расстаться.
От него так хорошо пахнет. И он умеет шутить в своей странной, невозмутимой манере, и да, он известная сволочь, но всегда так дружелюбен с ней, что она может это игнорировать. Плюс он тратит небольшое состояние на сладости для нее. Откровенно говоря, ей не на что жаловаться.