Руслан замирает на середине пути, пока тянется к костылям. На лице удивление, в глазах незнакомые огоньки.
— Зачем?
— В каком смысле зачем?
Теряюсь от этого вопроса и таращу глаза на него.
— Ну ты же пытаешься тут сыграть из себя безразличие.
— А, — подаю костыли, пока его глаза прожигают в моем затылке дыру, — потому что мы семья.
Самая последняя причина, по которой я хочу быть в этот момент рядом с ним.
Руслан, видимо, понимает, что я пытаюсь его обмануть. Хмыкает и окидывает меня скептичным взглядом.
— Поэтому ли? И мы не семья, — он приближается вплотную и вдавливает палец в мою грудную клетку.
Молча открываю рот.
— Пойдем уже. Если еще не передумала.
— Что значит твое пока?
Руслан
Пытаюсь показать мышке, что меня совсем не волнует травма, хотя каждое движение доставляет жесткое неудобство.
Еще и костыли. Вообще бесит передвигаться с их помощью. Взгляды эти жалостливые в мою сторону. Хочется встряхнуть всех и заорать во всю глотку, чтобы просто отвалили от меня.
Если сейчас доктор скажет, что операция не нужна, то сделаю все, чтобы отец с Настей свалили, и тогда мышка останется в полной моей власти.
Подавляю желание хищно улыбнуться. Это отличная возможность вернуть себе свое!
Крышу рвет от одной мысли, что никто нам не будет мешать, и я наконец смогу убедить девчонку, что мне никто не нужен. Только она.
Вытягиваю ногу на переднем сиденье. Больно, зараза, но терпимо.
Я, вообще, удивлен, как я избегал все это время серьезных повреждений.
Сжимаю кулаки. Главное, чтобы не насовсем. Это будет сильнее меня.
— Коль, тебе отец сказал, куда ехать?
Водитель кивает, и мы выдвигаемся. Жалею, что не сажусь рядом с Кариной, но сзади слишком мало места для травмированной ноги, а согнуть я ее чисто физически не в состоянии. Поэтому приходится крепко стиснуть зубы и терпеть временную слабость.
Мышка молчит, а я несколько раз бросаю взгляд в ее сторону. Сидит, голова опущена, изучает сцепленные пальчики.
Давлю в себе желание взять ее за руку. Знаю, что такой жест еевыбесит. Мне-то пофиг, что водитель может рассказать отцу, я отстою нас. Но вот мышка пока не созрела наплевать на все и быть со мной.
Но это поправимо, и как раз потребуется то самое время, когда не будет отца и ее матери.
Приручу и покорю окончательно, а то в голове лишнего многовато. Ненужного.
Придумала тоже. Мы семья. Семьей мы станем после того, как поженимся.
Застываю на сиденье.