А Карина кусала губы, чтобы не шептать мелькавшие перед глазами французские слова.
Конечно же, она узнала и тонкую, желтоватую, почти прозрачную бумагу, и черный необычный шрифт… Мелькнули знакомые espace de mebius и lion-gawu. Ну же, Карина, думай о другом. Думай, как ты устала, как замерзла, как до сих пор болит все тело, один сплошной ушиб…
– Ты не умеешь изъясняться ни на каком другом языке? – ехидно поинтересовалась Кларисса. – Чему тебя только в школе учили? Зря время тратили.
– Угу, «же не манж па сис жур», – буркнула Карина.
– Даже читать не умеешь? – продолжила допрос Клара.
– Нет.
«Угу, и писать тоже. И ложкой пользоваться через раз получается. Куда нам…»
– Почему же тогда так в книгу пялишься?
– Красивая… – Надо еще палец в нос засунуть и сказать «гы». Для полного образа дебилки.
Вместо этого Карина протянула руку к книге. Знаккерша не препятствовала, только прищурилась и наклонилась к племяннице так, что запах духов перебивал даже ароматы дерева и старинной книги.
"Она долистала до конца гораздо быстрее, чем можно было предположить по толщине фолианта. Из него вырвали примерно четверть страниц. И последний лист пострадал – по всей длине от него была оторвана полоса в пару слов шириной. Последними словами, поддающимися прочтению, были a trovers ce magnifique espace – fe… И Карина не только понимала, что это значило: «сквозь это чудесное пространство», она даже помнила последние слова фразы: «пространство Мебиуса».
– Ну, все, хватит с тебя, – решила наконец Кларисса. – Такие книги не хватают немытыми руками.
И снова замерла, снова внимательно всмотрелась в лицо девочки.
– Видит Мебиус, я тебе не враг. То есть хорошей жизни в моем доме не жди. Но убивать тебя я не позволю. Если, конечно, не вынудишь…
Угу, развелось тут «неврагов». Надо запомнить этот эркер и при случае попытаться залезть в тайник, мелькнуло у Карины.