Какие картины проплывали сейчас перед его внутренним взором? Никогда ей этого не понять, наверное, никогда не взглянуть на странные и страшные поступки Диймара его глазами.
– Эх, видеть бы мне глазами сокола, – неожиданно для себя пробормотала она.
И, едва не вывалившись из клетки-кабины, дала себе по уху, не мысленно, а вполне даже физически. Нечего о глупостях думать. Но глупости лезли в голову сами. Например, о том, что у Диймара и Резака глаза почти одного цвета.
Да уж, пророческой оказалась последняя песня ее плеера.
Аркус снова набрал высоту и отдалился от омертвения.
Вдалеке темно-синей громадой вырастал незнакомый пока еще замок.
Глава 28
«Фто ефть магия?»
И вот теперь Карина рассматривала бывшую детскую, принадлежавшую когда-то Эррен, где ее поселили, возможно, надолго. Судя по всему, эта родственница по сравнению с остальными была почти нормальная. И разговаривать с ней получалось как-то… по-человечески. Может, потому что она словесник? Что там рассказывал Диймар? Словесники воздействуют на глубину пространства с помощью заклинаний – речевых формул…
– Кхм, кхм, добррутрро! – раздалось вдруг над самым ухом.
Карина от неожиданности подскочила, а прямо перед ней на одеяло спрыгнул не кто иной, как птероворон Кру. Скрипел и лязгал он в точности как раньше, но медный клюв его сиял, а один глаз лихо прикрывала повязка.
– Добррутро, – повторил Кру и осведомился, склоняя голову набок: – Дрраться будешь?
– Если только опять «уперреть» меня попробуешь, – засмеялась девочка.
Видеть Кру было приятно.
– Порра, порра, – провозгласил он, – завтрррак!
Карина стряхнула его с одеяла, вылезла сама и обнаружила, что спала в том самом дурацком платье, которое ей «выдал» Полный покой. После купания в океане, полетов аж на двух драконоидах и прочих приключений оно выглядело соответственно.
– Гррязнуля, – высказался Кру – Вчеррра Крру говоррил: «Стиррать ее», а Эррен: «Рразок не помррет».
– Ну и в самом деле, не померла же, – фыркнула Карина.
– Там! – Кру клювом указал на винтовую лестницу, которая вела не только наверх, но и вниз. В полу был еще один люк.
Все пространство под спальней занимало нечто среднее между баней и каменным застенком. Но пол и стены там были гладкие, а вода в душе – теплой, почти горячей. Жизнь стала принимать куда более прикольные очертания. При случае надо будет еще в каменной ванночке-бассейне отмокнуть как следует.