– Ангелия зло шипела, но усиленный каким-то знаком голос был слышен в каждом углу дома. – Он жаждет занять место Арнольда, разве не ясно?
Бабушкину ложь (или не ложь, кто ее разберет!) все проглотили как миленькие. Митька кое-как поднялся на ноги, выглянул из-за лестницы, соображая, что делать, если Арноха кинется за своим ненаглядным телефоном, – как раз мимо дуэлирующих Ангелии и Петра Ильича. Но не тут-то было!
Леля втянула носом воздух, ее верхняя губа вздернулась. Неужели волк? Нет, просто очень обозленную офисную барышню иногда можно принять за лесного хищника.
– Знаккеры! – заорала она. – К бою! Он предатель! Взять живым!
И трое из собравшихся, не сговариваясь, вдруг приняли стойки, не то гимнастические, не то танцевальные. В ступеньку, где стоял Петр Ильич, ударила воздушная волна, и лестница развалилась на куски. Зловредный старикашка, впрочем, ловко приземлился на обе ноги.
– Да, знаккеры, – истерически заорал он, – мои верные знаккеры! В бой!
Действительно, остальные собравшиеся оказались именно его верными знаккерами, и они уже атаковали первую троицу.
К счастью, выясняя, кто тут главный гад и кто кого предал, взрослые напрочь забыли о мальчишках. Так что дело было за малым – не дать себя затоптать. Когда на пол повалились обломки лестницы, Митька отскочил, и груда досок скрыла его от разбушевавшихся знаккеров и Лели. Он, незамеченный, снова подобрался поближе к дерущимся.
Арно повезло меньше – один из «верных» бойцов Петра Ильича как раз поднимал его за шиворот с пола. Митька схватил обломок бывшей ступеньки и изо всех сил опустил его на голову знаккера. Тот повалился на пол без единого звука, и для него драка на сегодня закончилась. Митька же подхватил Арноху, который сейчас больше походил на огромную тряпичную куклу только тяжелую, как скотина последняя, оглянулся в поисках укрытия – и встретился глазами со стоящей наверху, на галерее, бабушкой.
Вытолкать из окна Арноху оказалось нелегким делом. Он был хоть и меньше Митьки ростом, но все же довольно плотным и коренастым.