«Ты испортила свой собственный первый поцелуй», – мысленно объяснила себе Карина. Хотя если на то пошло, то в лесу надо было целоваться, теперь уже момент упущен.
– Пока не выпьешь суспензию от кашля, никуда не пойдешь, – сердито сообщила И-ин, выбираясь из какого-то укрытия. – И туфли надень, и накидку, не госпожа, а горе мое…
В коридоре к ним присоединилась Эррен. В темно-зеленом, очень открытом и при этом хитро драпирующемся платье она походила на статуэтку. А еще она злилась, вертела кольцо на пальце и кусала губы.
– Вы представляете! Великий мастер отклонил приглашение на бал. Сказал, что будет любоваться яблонями из замковой обсерватории. В компании Кру, в тишине и покое, понимаете ли. Пришлось принять предложение Рейберта Гарда. Правда, в последний момент… четверть часа назад, если точнее… Он вообще уже в зале.
– Оу, наконец-то я увижу эту живую легенду, – поддела Карина тетушку. – А что, больше тебя никто не пригласил?
– Что? – удивилась та. – Остальным я давно отказала.
Ну и кому тут скоро аж целых четырнадцать?
Их путь лежал по коридорам здания ратуши – от комнат Эррен до главного зала.
– Думаешь, получится? Мы же никого тут не знаем.
– Фигня, познакомимся. – Митька подхватил ее под руку и почти волоком втащил в зал.
Глава 36
Бал
Распорядитель глянул на них через висящий в воздухе и переливающийся перламутром активированный зрак.
– Гедеминас Артурас Заккараус и Карина Алессандра Радова, – провозгласил он.
И как-то сразу полегчало. На них все уставились, но Карине это почему-то понравилось. Никто не отпустил ни единого комментария, но по офонаревшим лицам мальчишек все читалось яснее ясного. И по не очень добрым лицам барышень тоже. Музыка летела со всех сторон, но Карина уже знала, что это четырехмерные фокусы акустики, а музыканты традиционно расположены на галерее. Ей очень захотелось танцевать.
Но прежде чем она успела сообщить об этом Митьке, на них налетел ароматный вихрь из четырех девчонок.
– Гедеминас! – завопили они хором. – Какая радость! Без тебя праздник был бы совсем не тот! Надо танцевать! О, я первая, я первая.
– Мить, кто это? – спросила Карина.
От девчонок рябило в глазах не меньше, чем от ее фейского трио.
– Это… – Митька покраснел, – Лидия, Катти, Семира и… Танзия из Школы словесников.