Интересно, есть ли у них там подобная сказка? «Красная Шапочка» тем временем жестом фокусника вытащил из ниоткуда куртку. Она оказалась велика, и Карина решила не задумываться, как мальчишка ее «приобрел». На этот раз он никаких знаков в воздухе не рисовал.
– Опять выделываешься? Умелец какой.
– А ты, хоть и не умеешь ничего, зато храбрая, – заметил он, глядя на нее как-то искоса и оценивающе. – Или глупая. К тебе приходят и говорят, пошли, мол, в параллельный мир. А ты такая: «Не, ну а че? Пошли…»
Она пожала плечами.
– Я волк. Думаешь, тут каждый второй – оборотень? В таких, как я, люди не верят даже. Поверят – убьют, чтобы дальше спокойненько не верить. Ну и вообще, в последнее время столько всего творится – у меня уже боялка перегорела, вот ничего и не боюсь. Так мы тропу искать будем? Превращусь-ка я, наверное…
Диймар отскочил. Даже не то чтобы отскочил… отпрянул. Ей стало смешно.
– Сказку читал про Красную Шапочку? Сам-то не боишься с серым волком по лесу шастать?
– Тебя, что ли, бояться? Попробуй напади.
Но в глазах мелькнул испуг. Ага, побаивается. При случае еще подразним… Хотя откуда ему взяться, случаю? В Трилунье у нее найдутся дела поважнее, например, надо узнать все, что можно, о волках. И еще на бумажных змеев посмотреть. И луны пересчитать…
Мир кувыркнулся ей навстречу, вместо человеческих мыслей голову враз заполнили волчьи: как замечательно она сейчас пробежится, разомнет лапы. А проголодается – так у мальчишки шея тонкая, кровушка, должно быть, вкусная…
Но мальчишка… ах да, Диймар вдруг протянул руку и положил ее на волчью макушку, вровень со своим плечом.
– Хорошая, – тихонько сказал он, – и не страшная даже.
Ну ладно, пусть поживет, пока она не голодна. Мальчик и волчица выбрались на какую-то полянку, крошечный пятачок без деревьев. Теперь им стало видно щербатую луну и луч, упавший от нее на землю. Волчица заворчала – бледновата тропа. Идти по такой – лапы увязнут.
– Пойдем, – нетерпеливо шепнул ее спутник, – не выделывайся.
Глава 12
Межмирье
Лунная тропа тускло мерцала под лапами. Не тянула за собой, как в прошлый раз, пыталась вывернуться. Каждый шаг не то чтобы давался с усилием, нет… Скорее, стало понятно, что значит открывать эту самую лунную тропу, буравить собой вязкое, неподатливое пространство.
Мальчик в почти красной шапочке и девочка в волчьем теле шли то ли через лес, то ли над лесом.