***надцать лет спустя

Я на светофоре отстал, приехал домой, прождал во дворе почти час, пока они явились.

Что-то такое Лара слышала, но вспомнить сходу не получилось, потому нахмурилась, напрягая память. Костя же ей ещё рассказывал, как отвозил Алину, а по дороге…

- Он тогда колесо пробил, - вдруг выпалила она. – А запаски не оказалось, пришлось вызывать техпомощь. Ещё смеялся, что ни одно дело не остается безнаказанным, надо было Алину на такси отправлять, а не играть в благородство.

- Я уже знаю, - Миша невесело хмыкнул.

– Ну, а полторы недели назад она сказала, что беременна. Я сначала думал, что прибью её, а потом… Решил, раз уж мне в этом плане не светит, без разницы, от кого он, признаю, как своего. Сделал вид, что поверил, даже отлегло немного. Когда ей стало совсем плохо, Авдеев отпустил, но с явным недовольством, сказал, чтобы денек дома отсиделась и выходила на работу. Вот тогда меня такое зло взяло, хотел поговорить с глазу на глаз. Раз уж она от него залетела, то пусть хотя бы относится нормально и нервы не треплет. Про то, что он задержится, я знал, он вам при мне звонил насчет договора. Я сначала к Алине поехал, но её снотворным накачали, вот и решил вернуться и пообщаться. Медсестра на обходе была, отделение оказалось закрыто, я вышел через запасную лестницу, но во двор попасть не смог – дверь оказалась заперта. На втором этаже было очень людно, народ постоянно туда-сюда бегал, так я и вышел."

"- Но Авдеев говорит, что не видел нападавшего, - Сашка переместил ладонь с плеча на талию, заметив, как Лара ёжится то ли от рассказа, то ли от временами налетавшего сквозняка.

– Значит, разговора не получилось, почему?

- Говорю же, меня переклинило. Он стоял спиной к входу. Когда я заходил, мне какая-то рекламная смс-ка пришла, телефон завибрировал. Он услышал и спросил: «Солнце, это ты?» Я почему-то сразу решил, что он ждал Алинку, вот и схватился за то, что первым под руку попало. Уже потом понял, что он её никак не мог ждать, раз знал, что она приболела.

«Солнце»! Не «Лариса, это ты?», как передала ей Марина, а именно «солнце»!

- Он же так называл всех женщин вплоть до уборщицы, привычка такая, - Лариса раздосадовано покачала головой. – А перчатки откуда?

- Когда он упал, я слегка очухался, понял, что натворил. Стал протирать всё, за что хватался, решил, что лучше делать это в перчатках. Я думал выйти из офиса, на углу возле почтамта стоит таксофон, собирался с него позвонить в «Скорую».