Очертания полуразрушенного мегаполиса кое-где обозначили сиротливые габаритные огни, в свете фар внедорожника мелькали ухабы дороги.
Эрл – самый крупный город планеты, построенный на месте исторической посадки колониального транспорта «Эрлизаф», сильно пострадал в последние месяцы Галактической войны. Если бы не автоматизированный Цоколь, с его мощными стеклобетонными стенами, перекрытиями многометровой толщины и системами автономного жизнеобеспечения, послуживший убежищем для гражданского населения, то в период орбитальных бомбардировок и последовавшего за ними штурма планеты вряд ли бы кто-нибудь уцелел.
Флот Альянса, не сумевший удержать позиции в системе Онтарио, вынужденно отступил, но гарнизон оккупационных сил, защищавший развернутую на Эрлизе мобильную ремонтную базу и полевой госпиталь, сопротивлялся натиску до последнего серва.
Айла почти не помнила сражения за Эрл. Ей было тогда всего лишь девять лет, и она вместе со всем гражданским населением пряталась от бомбежек и обстрелов на нижних уровнях древнего Цоколя.
"Уже позже, повзрослев, изучая новейшую историю в школе и институте, она узнала, что сервомеханизмы Альянса, закрепившись на планете, два месяца успешно отражали атаки штурмовых групп Флота Свободных Колоний, и это привело к непоправимым последствиям для Эрлизы.
Глядя на очертания города, Айла с горечью отметила: и тут никаких перемен. Эрл по-прежнему лежал в руинах, – над Цоколем, на фоне небес, еще хранящих зловещий багрянец заката, контрастно прорисовывались угловатые коробки пустующих многоэтажек, между ними по серым лентам дорог двигались огни фар немногочисленных машин, кое-где, очень редко, удавалось заметить освещенные окна, и лишь над центром города, будто вызов застывшему времени, сияла огромная голографическая реклама недавно открывшегося развлекательного комплекса.
Айла испытывала тяжелые, смешанные чувства – совершенно не так представляла она возвращение на родную планету, начало взрослой жизни.
* * *Дом Генриха Вайбера находился в двух километрах от разрушенного мегаполиса.