– Он убирал следы своего проекта, позволившего колониям победить в войне, – уверенно заявил Андрей. – Убежден, что в составе ударных группировок не было ни одного человека. От рядового колониальной пехоты до адмирала – только искусственные интеллекты, которые по завершении войны привлекли бы нежелательное внимание или того хуже – создали бы новый очаг напряженности.
Тишина, воцарившаяся за столом, показалась Андрею звенящей.
– У нас есть списки подразделений, вошедших в сводные ударные группы? – наконец спросил Зигмунд.
– Вот, пожалуйста, – Кирсанов активировал кибстек.
Взглянув на данные, Новак нахмурился, затем включил свой персональный кибернетический модуль, провел сравнение информации и произнес:
– Интересный факт. На протяжении войны мы не взаимодействовали с частями, принимавшими участие в штурме Линии Хаммера.
– Это может оказаться стечением обстоятельств, учитывая количество действовавших на пространственных фронтах соединений, – высказал сомнение Вербицкий.
– Вот тут данные статистики, – Андрей сделал переключение.
– Невероятно… – Новак выглядел растерянным. – Как мы могли пропустить столь очевидные несовпадения? Техники выпущено в три раза больше, чем все население колоний, включая стариков и детей.
– Мы воевали, Зигмунд. Нам было не до демографических расчетов. Кроме того, не забывай – флот Элио не испытывал недостатка в личном составе.
– Но почему все вскрывается именно сейчас, спустя столько лет после капитуляции Альянса?!
– История искажена, – ответил Кирсанов.