Он закричал, но предмет его гордости застрял, как в тисках. Минуту спустя он уже лежал животом на земле, все, что было у него спереди, было изъедено кислотой, он был мертв.
То же самое произошло со всеми мужчинам, избравшими черных эльфов.
Четверо мужчин, доставшихся печальным демонам погибели, застрелились, лишь заглянув в эти полные уныния глаза.
Суль, Ингрид и Дида отнюдь не были такими кровожадными. Они позволили мужчинам пройти половину пути, а потом вызвали у них иллюзию того, что они — лягушки, и мужчины, квакая, устремились в болотце неподалеку, где с размаху шлепнулись в ледяную воду.
Тот, кому досталась Тун-ши, думал, что ему повезло больше всех — пока эта потрясающая женщина не начала тихо напевать колдовские заклинания и не заманила его на крышу хижины. Он сиганул оттуда вниз в огромном прыжке — как птица раскинул руки — и шлеп, с ним было кончено!
Трое женщин-демонов ночи, которых Лилит захватила с собой, вызвали у своих избранников ужасные кошмары, именно в тот момент, когда тем казалось, что у них все превосходно.
Но хуже всего пришлось тем, кому удалось урвать себе трех красоток из Демонов погибели. Один из них, соблазненный своей дамой, был осужден потом на вечное проклятие: ему был уготован тот же путь, что и Тамлину когда-то — в пустоту вселенной, где он должен постоянно вращаться во времени — без конца.
Тот, кому достался демон ложной надежды, подумал, что теперь ему уготовано блаженство всего мира — но лишь до того момента, пока тело его не стало разваливаться кусок за куском, пока смерть, наконец, не сжалилась над ним. Третий был просто уничтожен, и от него ничего не осталось.
Сражение было выиграно. Женщины переглядывались и улыбались. Или громко хохотали — в зависимости от темперамента.
— Ой, — вздохнул Марко, и устало уселся на скамью.
— Хотелось бы и мне быть там, — заныла Халькатла.
— Как же нам выбраться? — услышали они трезвый и сухой голос Руне.
Марко тут же поднялся.
— Эта дверь не может быть особо прочной.