Внутри ничего не дрогнет, когда гладкая дорогая ткань касается кожи. Просто одежда. Кусок материи, чтобы прикрыть наготу. Боже, что со мной стало? Γде азарт от выбора нарядов? Где кривляния перед зеркалом в попытке подобрать наиболее приглядную позу? Ничего нет. Пусто.
Вернее не пусто. На том месте теперь что-то другое. Оно тёплое, греет изнутри и не нуждается в блестящих фантиках. Чувствую это каждой клеточкой, прислушиваюсь к себе, пытаюсь осознать.
Очередная крупинка падает на чашу весов, склоняя их в сторону переезда.
Маша приезжает около семи,и я начинаю собираться.
Мою голову, сушу волосы, укладывая их крупными локонами. Крашусь, одеваюсь. С непривычки выходит долго, нудно и со скрипом. Олеська периодически пытается умыкнуть у меня то косметичку,то сумочку. Приходится бегать за ней, отнимать. Ей весело, а я почему-то тяну время. Во мне борются два желания. Увидеть сестру после долгой разлуки или остаться дома.
Наконец с горем пополам заканчиваю сборы. Медленно, через силу подхожу к зеркалу и, замерев, рассматриваю свое отражение, чувствуя, как сердце бьется в животе.
Из зеркала на меня смотрит она. Красивая, хорошо одетая, накрашенная причесанная. Та самая Кристина, что была раньше. Все та же,только взгляд другой стал. Серьезнее, взрослее.
Я уже и забыла, что могу быть такой. Думала, что все осталось в прошлом, что ее из меня вытравили.
Как бы не так! Здесь она, зараза блондинистая. Стоит, смотрит, чуть склонив голову на бок. Невесело усмехаюсь. М-да, как ни крути, как ни изворачивайся, а от себя не уйти, свою природу не переломить.
Горько машу рукой и выхожу из гардеробной. Настроение почему-то вообще ушло в ноль.
Взяв себя в руки, вплываю лебедем в большую комнату и наигранно весело произношу:
– Ну как? – развожу руки в стороны, кручусь на одном месте, демонстрируя свои прелести.
– Красотка! – Машка показывает большой палец, - я уж и отвыкла от тебя такой.
– Не поверишь, я тoже.
– Ты, қстати, уже опаздываешь, - кивает на часы.
– Да, знаю, - равнодушно жму плечами, - сейчас пойду.