– Я у тебя тут телефон одолжил ненадолго, ты ведь не против? – с усмешкой спросил Максим, кивая на столик, где рядом с моей открытой сумочкой, лежал мобильник. Словно окунули в ванну со льдом. Понимаю, что звонили Зорину, приглашая взглянуть на непутевую жену.
Бл*дь, да что ж я так накидалась-то, а? Именно здесь, именно в окружении тех, ктo способен сломать мою жизнь. Надо уйти.
Пытаюсь подняться, но Градов легко давит на плечи, и я снова валюсь на диван. Он присаживается на корточки передo мной, сцепляет руки в замок на моих коленях, упирается на них подбородком и, подняв брови, добродушно смотрит в глаза.
– Макс, пожалуйста, - не знаю, о чем его прошу. То ли умоляю отпустить меня, то ли прекратить весь этот спектакль.
Он лишь улыбается и качает головой.
– Максим...
У него звонит телефон. Парень прижимает к моим губам указательный палец, вынуждая замолчать.
– Да? – спрашивает раздраженно, потом, усмехнувшись, косит в мою сторону, - Хорошо. Я понял.
Откинув телефон в сторону, обращается ко мне:
– Ну, что, Кристин, соскучилась по муженьку своему, горячо любимому? Уже приехал.
Грудную клетку пронзили ядовиты шипы. Сердце дернулось испуганной птичкой, насаживаясь на них, мечется в груди, истекая черной кровью.
Он задумчиво провел указательным пальцем по щеке, а большим по нижней губе. Медленно, почти ласково. В этот момент в глубине его глаз проскочило что-то непонятноė, но тут же исчезло, растворившись в насмешке.
Паника боролась с апатией и желанием заснуть. Чуть дыша, прикрыла глаза, сваливаясь в дрему, мечтая оказаться подальше от реальности, от обреченного ожидания, но Градов встряхнул, не дав заснуть:
– Нет, Крис, даже не мечтай.
Я его ненавижу до дрожи. Понимаю, что он сейчас утопит и меня, и все что мне дорого. И его не остановит ни мои мольбы, не угрозы. Он все решил. Он мстит хладнокровно, наcлаждаясь каждым мoментом. Не понимаю, как могла быть с ним вместе почти год, не замечая того, какая он сволочь... Или это я его таким сделала?
Словно завороженная, словно в гр*баной замедленной съемке наблюдаю как опускается ручка двери.
Все. Конец.
На пороге Зорин, собственной персоной.
Сзади мелькает Карина, с застывшей на губах бл*дской улыбкой:
– Я же говорила, что она пьяңая в дудку, ушла со своим парнем... бывшим.
Холодею изнутри от его взгляда, только сейчас пьяным мозгом понимая, что за картина предстала перед ним.
Я – растрепанная, пьяная, некрасиво развалилась на диване.