Меня просто ломает, выворачивает наизнанку. Как же так? Почему? Он не должен был ее увидеть! Не должен!
– Тин, что делать-то? – Семенова еле пищит.
– Держи Леську, – передаю дочь подруге, еле удерживая, потому что руки неистово трясутся.
– Ты к нему?
– Да, – зуб на зуб не попадает. Чувствую, что приближаюсь к черте, за которой начнется истерика.
– Он тебя сейчас убьет! – у нее голос срывается, - не ходи!
– Ты же его слышала. Он вернется...
– Мы его не пустим.
– Маш, ты о чем? Это же Артем! Если он не захочет, от него не отделаешься, - губы дрожат, голос дрожит, в груди холодно-холодно, а еще жутко, страшно, - если я к нему не выйду, он здесь ад устроит.
Я уверена в том, что Зорин сейчас вышел только по одной причине – боялся не сдержаться, и прибить меня как надоедливую муху.
Кое-как торопливо переодеваюсь, обуваюсь, накидываю куртку и выхожу из квартиры. Пока жду лифт почти реву, без слез, в душе загибаясь от ужаса. Не готова я была к тому, что Артем появится и узнает про Олесю. Думала, смогу уехать, так и сохранив все в тайне.
В лифте зажимаюсь в угол, стою, запрокинув голову назад, прижавшись затылком к стенке, прикpыв глаза рукой.
Пожалуйста. Дайте мне силы это вынести. Пожалуйста, умоляю.
Чуть ли ни бегом огибаю угол дoма, перескакиваю через проезжую часть и сбавляю шаг,только когда оказываюсь в парке.
Иду как робот, обхватив себя руками, спотыкаясь, ничего не понимая, не воспринимая.
Издали замечаю Зорина у пруда. Стоит, методично лепя снежки и с силой швыряя их чуть ли не до середины пруда.
Трушу ещё больше, понимая, что он не просто злой. Он в ярости.
Сводит низ живота, скручивает так, что не разогнуться. От страха. Я его боюсь. Его слов, его реакции.
Сейчас бы прежняя маска стервы очень пригодилась, да потерялась она где-то на извилиcтом жизненном пути.
Швырнув очередной ком снега, Зорин сердито, нетерпеливо оглядывается через плечо и, заметив меня, замирает.
Подходя ближе, с каждым шагом все больше превращаюсь в неживую куклу.
Он меня встречает звериным взглядом.
"– Я тебя внимательно слушаю, - в голосе лед, арктическая стужа.
Я просто стою, беспомощно глядя на него. Что я могу сказать, что? Все и так очевидно. Поймана с поличным. На месте преступления.
– Я не знаю, что говорить, - развожу руками.
– А ты постарайся, придумай тему, - злой сарказм, на заднем плане свирепые перекаты звучат.
Все так же молчу, опустив взгляд на свои нервно сцепленные руки.