Он стоит так, что практически закрывает мне обзор. Девушка поднимает опущенные глаза и кидает острый взгляд в мою сторону, затем на детей. И он мне не нравится. Не составляет труда понять, что она безмерно недовольна происходящим.
– Уборную, – а вот слова произносятся кротко, словно перед нами невинная лань, – Простите, я не знала, мне просто сказали, что справа…
Жалобно говорит, руки перебирает, не хватает только, чтобы ножкой по полу шкодливо шоркала.
– Она чуть дальше, – сразу же смягчается голос Шамиля, – идем.
И он выходит, придерживая ее за локоток. А я остаюсь один на один с собой и детьми, как впрочем, и хотела. Вот только ожидаемого облегчения не наблюдается. В сердце змеей пробралось чувство ревности, которое никак не желает меня покидать. Неужели она ему нравится? Иначе зачем так нежничать и любезничать?
Присаживаюсь на кровать и трогаю свои губы. И зачем было пытаться соблазнить меня?
Глава 21
В эту ночь я не могу уснуть. Ворочаюсь и никак не могу успокоиться. Не дает покоя мысль о Шамиле и этой молоденькой Мадине, что прожигала во мне дыру своими черными, как ночь, глазами.
– Спи, спи, – шепчу себе из раза в раз, но перед глазами постоянно всплывает картина, как прикасается Галаев к своей невесте.
Нежно, трепетно. Так, как никогда меня не трогал. Мое тело он трогает по-другому, словно зверь, а не мужчина. Но вскоре физиология побеждает, и я уплываю в долгожданный сон.
А вот утро начинается с какого-то внешнего шума. Приподнимаю сонно голову, чувствуя при этом присутствие Фаины. Такое ощущение, что она никогда не спит. Как ни погляжу, так она всегда тут и готова придти мне на помощь. Есть все же один огромный плюс – с ней я могу высыпаться, не зная, что такое бессонница и усталость от материнства.
– Что происходит? – спрашиваю у нее сиплым голосом, чувствуя легкое головокружение от того, что слишком резко встала.
– Внизу какие-то сборы, – пожимает она плечами, глядя при этом на дверь с легкой тревогой.
Неспеша иду в ванную и умываюсь, а уже затем открываю дверь, выглядывая в коридор. А там какие-то мужчины заносят кучу чемоданов, проходя мимо нашей комнаты. Командует ими Хаят, зычно прося всех ничего не сломать и не разбить. Она замечает мое внимание и направляется в мою сторону.
– Доброе утро! – странно, но говорит она доброжелательно, что совсем ей несвойственно.