Поэтому Голицыну и Аде пришлось отступать в другую сторону, к капищу.
Ада понимала, что от такого количества противников вдвоем им отбиться будет крайне сложно. Но она чувствовала, как рядом шевелится сонное капище.
«Помоги, — попросила она, — капище, помоги нам».
Но ответа пока не получала. Однако, несмотря на это, они с Николаем продолжили бегом пятиться к капищу, на ходу отстреливаясь боевыми конструктами.
* * *Мое сознание выхватывало кадры происходящего, составляя из них плюс-минус цельную картину. Те, кто был на трибунах ближе всего к точке прорыва, чуть ли не мгновенно принялись защищаться.
Непосредственно к нам на арену прорвалось десятка три или четыре демонов. Хуже всего было то, что все мы были опустошены, но при всём этом мы встали бок о бок с пятеркой Толстого — с теми самыми, кого только что хотели победить.
— Лёва, — обратился я к недавнему противнику, — нам нужно создать что-то типа мостика вот туда, на верхние трибуны.
— Зачем? — не совсем понял тот.
— Ты пойми, — сказал я, — сверху проще бить площадными конструктами. Как раз пока будем добираться, немножко поднакопим силы. Снизу ты столько не прибьешь, сколько оттуда.
— Хорошо, сейчас попробую, — ответил тот.
Причем его обычного высокомерия и брезгливости как не бывало. Я даже удивился. Один из парней в его пятерке был лёдником, и они очень быстро сделали что-то типа мини-Стены.
Арочный мост, выходивший ввысь на верхние трибуны, защищенный ледяными щитами, чтобы демоны не смогли к нему подобраться. Выглядела, конечно, вся эта конструкция шаткой, ужасно ненадежной, но нам делать было нечего. Мы должны были выбрать себе более удачное место для контратаки."
"И вот мы все вдесятером постепенно стали подниматься наверх.
К этому моменту уже все, кто был на трибунах из боевых магов: ученики, родители, преподаватели, все пытались организовать сплочённые очаги обороны.