В груди Дихтера всколыхнулась мгновенная злость. Теперь у него не было сомнений, что им играют.
— У тебя есть последний шанс объяснить мне, что происходит, — рявкнул он. — Здесь, при всех.
За четырьмя стенами в дозорной башне Лестер закрыл глаза.
— Всем выйти, — коротко приказал он, хотя в комнате и без того оставались только он и Тэд.
Дверь глухо стукнула у него за спиной.
""Вот и все"", — подумал он. Заставил себя открыть глаза и снова сосредоточился на изображении.
— Я объясню, — вместо Эрика произнес Корбен и тоже поднялся в полный рост.
Секунду в ушах у Лестера стояла оглушающая тишина. Кровь прилила к вискам, и он с трудом расслышал следующие слова.
— И что с того? — это говорил Райдер, но Лестер хорошо понимал, что если эти слова и не подействовали на него, то подействует то, что Корбен собирается сказать теперь.
— У нашего друга Эрика есть доказательство того, что Торвальда Тагора тоже убил он.
Райдер стиснул зубы. Оглушающие фейерверки вспыхивали и гасли в голове. ""Здесь каждый лжет. Каждый… Наверное, даже ты, Лестер. Господи Боже мой…"" Ему захотелось встать и выйти за дверь. Он не хотел ничего знать ни об убийствах двадцатилетней давности, ни о том, которое произошло месяц назад.
Райдер сделал глубокий вдох.
— Покажи, — потребовал он.
Эрик достал из внутреннего кармана пиджака мини планшет, что-то щелкнул на экране и протянул ему.
Лестер снова прикрыл глаза. Он знал, какую картину видит сейчас Райдер перед собой.
Там были он сам и еще один человек. Один из тех, кто сидел в зале — но кто, похоже, совсем не боялся, что подозрение падет и на него.
— Выхода нет, это необходимо сделать прямо сейчас, — произнес знакомый голос. А затем его собственный, в ответ:
— Хорошо.
— Торвальд Тагор должен ответить за все.
В зале снова наступила тишина. Райдер поднял взгляд от монитора и какое-то время молчал.
— Хорошо, — произнес он наконец. — Что вы хотите от меня? Слова Эрика, которого вообще не должно быть здесь, в расчет не берем. Вы знаете, что я старший сын Торвальда Тагора. Множество документов подтверждает, что большую часть моего состояния он оставил мне.