Пока Марго с Кьяртоном проводят время в академии, я бесцельно слоняюсь по улицам, присматриваю за кондитерской, а по вечерам получаю отчёт от Дерзкой, что Файрон следует приказу дяди и держится на расстоянии от Розабель.
Слова Маргариты меня успокаивают, и я могу сосредоточиться на предстоящем ритуале. С каждым днём у меня обостряются чувства: я лучше и ярче различаю запахи, улавливаю отголоски ауры дракониц, настраиваюсь на тембр и интонации.
Опытные драконы говорят, что если Истинная находится в твоём окружении, ты начнёшь чувствовать её ещё до ритуала, но за собой такого вроде бы не замечал.
Драконья сущность просыпается, и я ощущаю, словно застрял в пограничном состоянии, в полуобороте, но дядя меня успокаивает словами о том, что так и должно быть.
Впервые чувствую к нему нечто, сродни родственной любви и благодарности.
Так проходят шесть дней с момента начала занятий.
Остаётся неделя до ритуала открытия Истинной.
Я принимаю решение оставить Кьяртона с Марго и всё же вернуться в столицу, но сначала хочу забрать кое-какие артефакты из своих апартаментов в академии.
Дядя не обрадуется, если узнает, что я планирую забежать в общежитие, поэтому решаю наведаться вечером, после отбоя, принять душ и сразу же переместиться в Драгенну с помощью академического телепорта.
И меньше всего я ожидаю в столь позднее время увидеть Розабель, опасливо крадущуюся по коридору в сторону наших с Файроном апартаментов.
Глава 23
- Это не моё! - жалобно лепечет двуличная вертихвостка, а я не могу оторвать взгляд от строчек, написанных ровным женским почерком в окружении кокетливых сердечек.
Пишет, что влюбилась в него с первого взгляда, мечтает о свидании с ним, готова доказать свои чувства.
Демон! Да тут между строк сквозит неприкрытый призыв взять её в любом месте в любое время!
“Готова доказать искренность своих чувств.”
Готова раздвинуть ноги и ублажить Файрона в любом укромном уголке! Да хоть в той же чёртовой подсобке!
А строит из себя недотрогу…
Если бы я не видел текста письма, я бы даже поверил ей на слово.
Такую актрису не стыдно отправить в королевский театр. Отец был бы доволен."
"У самого руки дрожат, когда рву письмо на мелкие части. Небывалая доселе ярость затопляет меня с головой ярким, обжигающим пламенем. Драконья сущность требует пробуждения, ворочается внутри, скребёт острыми когтями, хочет вырваться наружу.