Но сама женщина негатива у меня не вызывала. Довольно приятная и доброжелательная.
– Давайте я вас сначала осмотрю, – проговорила Мила, проходя к кровати и присаживаясь рядом со мной.
– Наставнику обязательно при этом присутствовать? – иронично осведомилась я.
Тот, судя по выражению лица, явно хотел ответить что-то язвительное, но сдержался. Лишь бросил на Милану жаркий взгляд и мягко сказал:
– Я подожду внизу. Как закончите, напою тебя кофе.
– Буду рада! – просияла улыбкой женщина, отвечая не менее жарким взглядом.
Опять стало неловко. К счастью, Елисей быстро слинял, оставив нас наедине.
Пока Милана проводила диагностику, водя ладонями над моим телом и порой задерживаясь на определенных участках, я не удержалась от вопроса:
– И давно вы знакомы?
– С тех пор как Елисей стал частью рода Антиповых, – отстраненно сказала женщина, сосредоточенная на работе. – Но раньше нам не приходилось пересекаться более тесно.
– Неужели? – даже удивилась я. – Мне показалось иначе!
Милана прервала диагностику и чуть смущенно посмотрела на меня.
– Это так заметно?
– То, что он вам нравится? – улыбнулась я. – Даже очень.
– Перед такими, как Елисей, трудно устоять, – вздохнула Милана. – Думаю, вы меня поймете. Ведь живете с ним под одной крышей.
– Между нами ничего не было и не будет, – поспешила заверить я.
Она скептически изогнула бровь, но ничего не сказала.
– И вам, кстати, не советую, – зачем-то добавила я. – Он тот еще фрукт!
– Леночка, – мягко и явно снисходительно проговорила женщина, – опыта у меня в жизни побольше твоего будет.
Настал мой черед краснеть. Ну вот зачем полезла не в свое дело, выставляя себя полной дурой? Передо мной явно не невинная девица, которой требуются подобные советы.
– А почему такая симпатичная женщина одинока? – попыталась исправить неловкость и наладить контакт.
– Муж у меня был, – пожала плечами Мила. – Как и положено, я родила ребенка с даром, после чего мы тихо и мирно расстались. Любви между нами так и не возникло. А он встретил девушку, к которой начал испытывать чувства. Так что вот уже три года, как моя жизнь состоит исключительно из работы.
– Понятно."
"Теперь ясно, почему она окидывала Елисея таким голодным взглядом. Истосковалась по мужской ласке.