— А потом я возьму его с собой в гарнизоны. Пусть расскажет это все тем, кого мы отправляем в горы, возможно, на смерть.
— Вы не совсем справедливы к мальчику, — вздохнула Ее Величество. — Сначала годами терпели его выходки, а теперь требуете, чтобы он в считанные дни отказался от старой привычки.
Король промолчал, а за ним — и все остальные. Видимо, эта тема уже не раз была предметом обсуждения на семейных советах. Либуше тоже было нечего сказать, поэтому она усиленно занялась содержимым своей тарелки. Королева обратилась к ней, когда завтрак уже заканчивался.
— Либуше. У тебя что-то запланировано на утро?
— Нет, — насторожилась княжна, припоминая. Насколько она помнила, сегодняшнее утро у нее по плану было свободным и она собиралась гулять.
— Тогда пройдем со мной, посмотришь свой кабинет и приемную. Мы распорядились подготовить. А если что-то не понравится в интерьере, всегда можно переделать на твой вкус.
— Спасибо! — Искренне поблагодарила Либуше. Ей уже неоднократно напоминали, что пора бы выбрать себе в свиту несколько заксонских дам или девиц.
Когда завтрак был закончен, Генрих, наспех поцеловав жене ручку, убежал по своим делам. Было похоже, что он едва дождался. Пока король Эрих встанет из-за стола, чтобы совсем уж грубо не нарушать этикет. За ними начали расходиться остальные.
— Не обижайся на Генриха, — попросила королева, когда они с Либуше остались вдвоем. — Он у нас, хоть и военный, всегда тяжело переживает, когда приходится отправлять рыцарей в бой.
Тем более, когда остаются молодые вдовы. Законы, увы, не всегда совершенны. И даже королю не под силу вот так сразу сменить вековые традиции. А по нашим традициям рыцарю наследует сын. Вдове же остается только то, что указано в завещании или брачном договоре. У вас тоже так?
— Не совсем, — ответила Либуше, вспоминая вендскую Правду.
— Если оно было, — улыбнулась ее Величество. — Ладно, не будем о грустном. Мы почти пришли.
Приемные королевы и принцесс находились в все в том же официальном крыле, где и кабинеты короля и принцев, только на другом этаже.