Чем ближе подходил день свадьбы, тем больше ему хотелось оттянуть этот день. Да, долг перед страной и все такое… Но от одной мысли, что придется изображать дурака перед почти ребенком, настроение портилось. Поэтому Генрих свалил все приготовления к свадьбе на плечи матери и бессовестно сбежал в войска.
«Пап, ты же сам понимаешь, что потом времени не будет совсем» — отговорился он, когда король попробовал возразить.
— Оставь его, дорогой! — Посоветовала королева Ариана в ответ на жалобы мужа. — Ты же сам всегда утверждал, что у наших мальчиков есть голова на плечах.
— Да, конечно. — Король Эрих Пятый рассеянно погрыз кончик карандаша, которым как раз делал какие-то черновые наброски. И тут же смущенно отложил «орудие преступления» под укоризненным взглядом жены. Старая привычка, которую никак не удавалось искоренить.
Эрих понимал, о чем волнуется сын. Генриху недавно исполнился тридцать один год. Разница в возрасте с шестнадцатилетней княжной была заметной. Конечно, для аристократических (а уж тем более, династических) браков такая разница никогда не была помехой.
За прошедшие десять с лишним лет всем казалось, что Генрих смирился с этим браком. Но чем ближе подходила дата свадьбы, тем более нервозным выглядел сын. И королю Эриху оставалось только сожалеть, что он ничем не может ему помочь. Дело сделано, договора подписаны. Частично, уже даже выполнены. Оставалось только скрепить союз брачной клятвой.
Когда-то король Эрих сильно досадовал на соседа, что тот, фактически, принудил династию столько лет ждать следующего наследника престола. Но князь Любомир уперся, как вол, что его дочь не будет кланяться ни перед кем, а Люнборгом должен править его внук. С годами досада прошла, осталось только беспокойство о счастье сына. А против княжеского внука на троне Эрих даже не возражал. К чему, если воспитывать внука Любомира будет его, Эриха, сын? Жаль только, невеста была так молода.
А кортеж с молодой княжной, тем временем, приближался к столице королевства Люнборг.
Глава перваяКняжна Либуше впервые выбиралась так далеко от дома. Раньше отец держал ее в Любице, не позволяя выбраться даже в гости к сестре в Приграничье. Либуше искренне завидовала братьям, которые вольны были ехать куда и когда угодно. А она все ждала."
"Половина подружек детства уже обрели своих суженых, а Либуше все не спешили забирать из отцовского дома.