«Женщины в Дипере такие отвратительные, — подумал Хейзен, — потому что их отцы женятся на своих двоюродных сёстрах».
Хейзен остановился на пороге огромного кабинета и обвёл его придирчивым взглядом. Кабинет поражал не размерами, а обстановкой: обилием предметов из металла и стекла, преобладанием чёрного и серого тонов, толстым персидским ковром на полу, старыми фикусами по углам. Всё было дорого и вычурно, но две дешёвые картины на стене выдавали фермерские вкусы хозяина.
Лавендер сидел за огромным дубовым столом.
Вслед за ним встал и шериф Ларсен, сидевший справа от него. Протянув руку Хейзену, Лавендер указал ему на стул.
— Добро пожаловать в Дипер, шериф Хейзен, — сказал Лавендер. — А это, как я понимаю, мистер Раскович из Канзасского университета?
Хейзен кивнул, предложил Расковичу сесть, после чего уселся сам.
— Надеюсь, вы знаете, Норис, зачем мы сюда приехали?
— Может, пригласить моего адвоката? — пошутил Лавендер, но в глазах его не было и тени юмора.
— Это ваше дело. Пока вы не являетесь подозреваемым.
Лавендер удивлённо вскинул брови.
— Правда?
— Правда, — отозвался Хейзен.
— Ну что ж, шериф, в таком случае не будем терять время. Поскольку разговор предстоит неформальный, я оставляю за собой право прекратить его в любую минуту.
— В таком случае я сразу же перейду к делу, — заявил Хейзен. — Скажите, пожалуйста, кому принадлежат поля, на которых предполагают проводить эксперимент сотрудники Канзасского университета?
— Шериф, вы прекрасно знаете, что эта земля принадлежит мне, а арендует её корпорация «Бассуэл эгрикон», партнёр Канзасского университета в осуществлении этого эксперимента.
— Вы были знакомы с доктором Стентоном Чонси?
— Конечно, мы с шерифом показывали ему наш город.
— И что вы думаете о нём?
— Вероятно, то же, что и вы, — уклончиво ответил Лавендер и слегка улыбнулся. Эта улыбка подсказала Хейзену, что он имел в виду.
— Вы знали заранее, что Чонси выбрал для проведения эксперимента Медсин-Крик?
— Нет, не знал. Этот человек всегда держал свои карты закрытыми.