— Он… огромный, белый, похожий на быка… Тусклые глаза… Огромные руки и ноги… и лицо… страшное лицо!
— Чем же оно страшное?
— Господи, у него такое лицо…
Пендергаст не выдержал и стукнул его по плечу.
— Какое лицо?
— У него лицо… ребёнка! Оно такое… такое…
— Ладно, — решительно прервал его Пендергаст, — пошли.
— Нет! — вскрикнул Уикс. — Пожалуйста, только не туда.
— Возьмите себя в руки, мистер Уикс. — Пендергаст быстро направился в другой конец пещеры. Уикс застонал, но всё же поплёлся за ним, с трудом передвигая ноги.
Пендергаст миновал ряд сталактитовых колонн и вошёл в широкий тоннель, пол которого был усеян огромным количеством мелких каменных осколков. Уикс старался не отставать и всё время стонал, но скорее от страха, чем от боли. Он ужасно боялся того, что ждало его впереди, но ещё больше боялся остаться один в этой ужасной пещере.
Через некоторое время Пендергаст остановился и посветил фонариком вокруг. Среди большого количества валунов он увидел один странный камень, отличавшийся от других формой и цветом.
Уикс остановился как вкопанный и с ужасом вытаращил глаза на этот валун. Пендергаст посветил фонарём, не обнаружил ничего подозрительного и снова вернулся к странному камню. Только через несколько секунд он понял, что это обезображенный труп огромной рыжей собаки с почти оторванными конечностями и свёрнутой шеей. Нижняя челюсть была вырвана и лежала неподалёку вместе с другими окровавленными останками.
— Это ваша собака? — спросил поражённый Пендергаст.
Уикс кивнул.
— Вы видели, как это случилось?
Тот снова кивнул. Пендергаст обернулся и осветил его лицо.
— Что именно вы здесь видели?
Лефти Уикс задёргался и замигал глазами.
— Это был он. — Уикс судорожно сглотнул и продолжил: — Он сделал это голыми руками.
Глава 63
На развилке нескольких проходов шериф Хейзен остановился и решил подождать остальных полицейских из своей команды. Хоть бы одного Ларсена дождаться. Прошло пять минут, и ещё пять.
Хейзен выругался и сплюнул на землю. Даже Расковича рядом не было. Этот трус скорее всего сбежал как заяц. Хейзен огляделся вокруг и понял, что ему не найти дорогу назад. Когда он шёл сюда, всё было ясно, но теперь трудно сказать, каким именно путём он двигался всё это время. Чёрт возьми, только этого не хватало.