А ещё Кирилл хотел, чтобы она смотрела на него, смотрела ему в глаза, когда он накрыл её собой.
— Не закрывай глаза, смотри на меня, — попросил он, разводя в стороны её колени. — Я хочу видеть, что ты чувствуешь.
Да всё лицо её выражало её чувства и ощущения. Но ему подавай взгляд глаза в глаза. Сердце и так сейчас выскочит из груди от напряжения и возбуждения.
Но когда Кирилл заполнил её полностью, она уже не смогла сдержаться. Закрыла глаза и, выгнувшись, громко застонала. Слишком громко. Наверное, весь подъезд слышал её сладострастный стон.
Сазонов притормозил, давая девушке привыкнуть. Дарья чувствовала переполненность, было немного тесно. Конечно, девственницей она не была, но и опытом большим похвастаться тоже не могла. Она была воспитанной дочкой учителей, и до самого института даже не целовалась. А первый секс у неё случился на пятом курсе в общаге с Игорем, когда она без ума влюбилась, но сказка продлилась недолго. Потом она не подпускала к себе мужчин. А тем, кого всё же решилась, был Краснов.
Дарья бы и думала, что так должно быть, но Сазонов рвал в пух и прах её представления об интиме. С каждым движением он погружал её в тёмную пучину наслаждения, заталкивал в вихрь таких ощущений, на которые, по мнению Дарьи, человеческое тело просто не способно. Эта феерия нарастала до тех пор, пока стала нестерпимой, требующей какой-то развязки. Это было сродни боли или её ожиданию, и Морозова испугалась. Она распахнула глаза и упёрлась руками в грудь парня.
— Пусти, — хрипло прошептала девушка. — Пусти меня."
"На мгновение в глазах Кирилла промелькнуло недоумение и страх, что он, возможно, причинил боль, но потом он убрал её руки и в два резких толчка довёл до оргазма.
Панический страх взорвался диким, нестерпимым наслаждением. Настолько острым и резким, что Дарья вскрикнула. Ей казалось, что тело пронзило током, а потом оно расплавилось в какую-то жидкую массу, и собрать его снова будет просто невозможно.
Она продолжала недвижимо лежать, медленно возвращаясь из той бездны, в которую столкнул её Сазонов. Она даже почувствовала его лёгкое прикосновение к своему бедру.
— Ты жива? — в его голосе чувствовалась улыбка.
— Нет.
Софа с сожалением скрипнула, когда Кирилл поднялся.
— Поставлю чайник.