– Ничего, – буркнул он себе под нос и продолжил пить свой кофе.
– Она все равно узнает, – вмешалась Галина Анатольевна, забирая у меня сына из рук.
Я подошла и взяла газету. На первой полосе было наше с Димой фото, сделанное вчера издалека, когда мы садились обратно в автомобиль возле ресторана.
«Самый завидный холостяк Сочи больше несвободен» – гласил заголовок.
Я села на стул и принялась читать статью.
«Дмитрий Сергеевич Баракудин, сын покойного известного бизнесмена Сергея Дмитриевича Баракудина, впервые связал себя узами брака.
Дальше я читать не стала. К горлу стала подкатывать тошнота, и я сразу же побежала наверх. Дима заметил меня, когда я проскользнула мимо него. Добравшись до ванной, меня вырвало тем немногим, что моему мужу удалось в меня впихнуть вчера вечером.
Краем глаза я заметила Диму. Он смочил полотенце и упал рядом со мной на колени. Я смыла воду в унитазе и развернулась к нему. Дима принялся аккуратно вытирать мое лицо. Я чувствовала, как меня бросает в жар. Полотенце было смочено в холодной воде, поэтому на мгновение я стала чувствовать облегчение.
– Ань, давай съездим к врачу? Я волнуюсь о твоем здоровье. Еда вообще в тебе не задерживается.
Обессилено я положила голову ему на грудь и начала тихо плакать. У меня не было сил соглашаться с ним или перечить.
Он подхватил меня на руки и понес вниз. Я продолжала тяжело вздыхать, уткнувшись ему в шею. Голова кружилась, и я практически ничего не замечала вокруг.
– Дима, что случилось? – донесся до меня обеспокоенный женский голос.
Мой муж что-то ответил, но я уже этого практически не слышала. Мое сознание начало туманиться, и я стала отключаться.
***
Я пыталась открыть глаза, но у меня с трудом получалось. Тихо застонав, я пошевелилась.