— Ну как, мистер Паркер, поговорим? — спросил я, поигрывая пассатижами, перед его носом. — Это хорошие пассатижи, они очень хорошо смыкаются на некоторых частях тела. У вас пока двадцать пальцев, и еще дополнительные отростки, которые вам вряд ли нужны. Начнем с мизинца?
Через десять минут, столько потребовалось Паркеру расколоться, я знал все. Жидкий, однако, на расправу, хотя такое тяжело было бы вынести даже тренированному и мотивированному человеку. По крайней мере, Паркер не соврал — все его диски открывались, доступ к счетам был получен, а информация на дисках заставит плясать от радости всю нашу разведку, ну или по крайней мере, ее часть.
— Спасибо за сотрудничество, мистер Паркер, — я захлопнул дипломат и бросил его на пассажирское сиденье «Сессны».
— Отпустите меня! — завыл Паркер, давясь слезами.
— Это хорошая мысль, — почесал я подбородок задумчиво глядя на Паркера. — С какой высоты вас сбросить — с полумили или с мили?
Паркер завыл пуще прежнего.
— Не плачь, все будет плохо, — хотел я было похлопать его по щеке, но увидев разводы грязи, замешанные на слезах и соплях, передумал. — Ладно, иди.
Я разрезал путы Паркера на ногах, и рывком поднял на ноги. — Ну?
— Куда я пойду? — он, всхлипывая, оглядел ровную как стол прерию.
— Да меня это волнует? Сколько раз ты ко мне подсылал убийц? И из-за чего? Из-за какого-то сраного бизнеса? Что тебе не жилось?
— Вы и так получили все, что хотели! Отпустите меня!
— Тьфу ты, — я сплюнул в пыль. — Уже отпустил. Ну иди же.
— Я не выберусь отсюда… — заныл Паркер. Угадал, точно не выберется. Пешком, без воды и снаряжения, под таким солнышком преодолеть пятьдесят миль до ближайшего населенного пункта…
— Проявлю милосредие, — сказал я.
Паркер неверящими глазами смотрел, как я достаю из подмышечной кобуры «Глок», и взвожу затвор.
— Нет… нет! — он развернулся, и побежал. Я прицелился, и нажал на спуск. Голова Паркера дернулась, окутавшись на мгновение кровавым дымком, и он упал навзничь. Я пожал плечами и убрал остро пахнущий сгоревшим порохом ствол обратно в кобуру. Увы, это суровая необходимость, к мести она не имела никакого отношения. Паркер был обречен заранее. Ну а теперь надо отсюда убираться.