И ради этого он был готов сдать всех, с кем имел дело — какая к черту идея, ради которой нужно идти на казнь, да не было никакой идеи! Война кланов, в которой ему отводилась малозначительная роль оружия. И как от ненужного более оружия, от него решили освободиться, выбросить подальше в реку. Ну уж нет, один он на помост не пойдет. Все, кто пытается от него сейчас откреститься, пойдут с ним, за компанию.
— Записывайте…
Касьянов узнал об аресте своего подчиненного и обыске в «Ретровире» через пару часов. Все, подумал он, почувствовав неприятный холодок под ложечкой, придут и за ним.
— Приготовьте мой самолет, — приказал он начальнику охраны.
Оставалось только бежать, это было его лучшим и запасным вариантом. Причем бежать не налегке — есть чемоданчик с деньгами и драгоценностями на карманные расходы, счета в «Сосьете Женераль» и вилла на Лазурном Берегу, куда он и вылетал всего-то пару раз после покупки в прошлом году.
"На аэродром под Питером они — охрана, жена с детьми и он — прибыли ранним утром, когда северное неласковое солнце только вышло из-за горизонта. «Лирджет» уже ждал его там, светясь иллюминаторами как елочная игрушка.
— Ну все, полетели! — Касьянов перекрестился, и грузно переваливаясь поднялся по ступенькам трапа.
Когда поехала вниз взлетная полоса и стал уменьшаться лес под иллюминаторами, Касьянов перевел дух, и достал из внутреннего кармана так и не снятого пальто серебряную фляжечку с коньяком.
— Папа, папа, смотри, самолетик! — пятилетняя дочурка, сидевшая на коленях у жены начала тыкать пальчиком в стекло иллюминатора.
Касьянов бросил мимолетный взгляд в иллюминатор, и похолодел — совсем рядом с их самолетом, уравняв скорость, несся хищный силуэт перехватчика ВВС РИ.
Из кабины вышел второй пилот.
— С нами вышли на связь истребители, требуют прервать маршрут и следовать за ними, Архип Игнатович!
Словно услышав его, истребитель повернулся вокруг своей оси, и показал висящие на брюхе ракеты.
— Ой, папа, как он забавно крутится, — захлопала в ладоши дочурка, а вторя ей, глядя в иллюминатор, улыбнулся сынишка.
Это конец, подумал Касьянов. Придется сдаваться.