И понимаю я в общем-то, почему она противиться пытается, почему происходящее, между нами, неправильным считает."
"Она же не знает, ничего не понимает и, должно быть, себя винит за ощущения свои, за реакцию. И, наверное, стоит ей рассказать, объяснить, признаться наконец, но не сейчас, точно не сейчас. Она не оценит, взбрыкнет, а мне это не нужно. Прижимаю ее себе, ладонью продолжаю сжимать грудь, ласкать, трогать. Перекатываю между пальцами маленький торочащий от возбуждения сосочек и понимаю, что хочу посмотреть на нее обнаженную, содрать к чертям ненужную совершенно одежду.
— Давай-ка мы вот это снимем.
Опускаю руки, хватаю края футболки и вновь тяну ее вверх.
— Подними руки, Есь, — я слышу собственный хрип.
Она в себя приходит почти мгновенно, маленькие ладошки перемещаются с моих плеч на руки. Еся хватается за мои запястья, впивается в них ногтями, в попытке убрать мои руки.
Ну что ты делаешь, глупенькая, неужели думаешь, что я позволю себе тебя обидеть?
Осторожно перехватываю ее руки, тяну на себя и целую поочередно сначала одну ладонь, потом другую.
Ну нравится же, сама же хочет.
— Нужно остановиться, Марк, — шепчет вопреки желаниям собственного тела.
— Не надо, — продолжаю ласкать ее губами, всасываю чувствительную кожу, на которой наверняка останутся следы моих посягательств. — Давай, маленькая, это лишнее, — я вновь тяну вверх ее футболку и Еся сдается, сама поднимает руки.
Стягиваю с нее ненужную вещь, откидываю ее в сторону и зависаю на несколько секунд, рассматривая красивую, маленькую, скрытую под тонкой темной тканью грудь. Усмехаюсь, глядя на свою разгоряченную девочку. Еся, ожидаемо, делает попытку прикрыться. Не позволяю, развожу руки в стороны, а потом и вовсе завожу за спину.
— Не надо, не прячься от меня, Есь, ты такая красивая, с ума сойти просто.