И даже самые молодые не заметили, как я в гневе практически вывесилась из окна, демонстрируя прелести.
Не до того им стало. Охромели они – все на одну ногу, а предводитель аж на обе. Пришлось двум товарищам взять его под мышки и погрузить в ту самую телегу, что для меня приготовили.
– Ах ты, тварь! – голос у старца, к моему превеликому сожалению, не пострадал. И он не преминул воспользоваться сим преимуществом: – А ну-ка, братья, выломайте дверь! А лучше подожгите дом – все равно сгорит, пусть и праху от нее не останется.
Как оказалось, под соломкой в телеге были припрятаны канистры с горючим. Бравые бородачи, преисполненные решимости, наступали."
"– Дом, разрешаю все! – объявила я. – Можешь защищаться любым доступным тебе способом.
Кажется, я услышала не просто скрип половиц, а ехидное хихиканье. Дом с удовольствием впитал горючее, а после вылил его на храмовников и их телегу. И подпалил, выдохнув жар от печи прямо из раскрытой двери. Прям не дом, а дракон огнедышащий.
Что тут началось!
Подпаленные храмовники принялись кататься по земле и тушить пламя.
– Так-то вот! – объявила я, наблюдая за их метаниями. – Скажите спасибо, что этим отделалась. На первый раз. А теперь валите откуда пришли и больше на моей территории не появляйтесь!
Храмовники ушли и укатили с собой полу сгоревшую телегу. Без бород, в обгорелых платьишках хромали они особенно уныло. Но мне не было жалко.
Может быть потом, когда осознают свою ошибку и извинятся, я их и подлечу. А пока – пусть получат то, что другому пожелали.
Несмотря на отмщение, настроение стало дурное-предурное. Во-первых, храмовники наверняка на этом не успокоятся и еще не раз попытаются меня сжечь. А во-вторых: догадывалась я, откуда ветер дует. Не иначе, как Каллистрат решил избавиться от меня таким образом. Так сказать, испытанным веками методом.
– Врешь, не возьмешь! – предупредила я и погрозила кулаком невидимому собеседнику.
Это уже дело принципа. От злости решила втрое серьезнее подойти к подготовке, ведь именно от этого зависело мое будущее. Не только как для ведьмы, но и вообще.
В двенадцать ночи оглушительно хлопнули створки нижней «двери».
От неожиданности и испуга я вздрогнула и выронила из рук талмуд по зельеварению. Повернула голову в сторону двери, заранее представляя, кто пожаловал. Так мог войти только один наглый и озабоченный властью демон.