Да и не на всех хватает таких чудесных мужей как твой Игнат!
Алиса опустила голову и принялась рассматривать свою тарелку. Как раз о Сабурове она и хотела поговорить.
— Герман вернулся, — наконец выдавила она. Лицо Нины сразу стало серьезным.
— Ого! И…? Вы виделись?
— Да. Я сама предложила встретиться. По делу.
— По делу, — повторила подруга. — И как все прошло? Он…
— Я в хлам, Нин. Я просто в хлам!
Алиса замолчала. Все слова, которые она так долго подбирала, улетучились из головы. Ей было безумно тяжело произнести вслух то, что она чувствовала.
— А что за дело-то? — осторожно спросила Нина, видимо, устав ждать продолжения.
На этот вопрос ответить оказалось несложно, и Алиса коротко рассказала и про финансовые затруднения Игната, и про продажу доли чат-бота.
— Значит, заплатил даже больше, чем ты просила? — задумчиво кивнула подруга. — Может, и правильно, что продала. Оборвала все связи с ним.
— Нина! — воскликнула Алиса, и устыдившись своего порыва, добавила уже намного тише. — Конечно, я хотела, чтобы нас больше ничего не связывало! Мы с ним столько лет в разводе, я замужем за другим… И ведь у нас с Игнатом хорошо было… Но иногда Сабуров так смотрит на меня, словно сказать хочет: я все знаю.
— То есть не будь Игната, ты не раздумывая вернулась бы к Литвинову?
Алиса чуть не задохнулась от такой явной провокации.
— Психолог не может так говорить! — начала было она, но Нину этим было не смутить.
— Ты не мой клиент, я сейчас с тобой разговариваю как подруга, а не как психотерапевт, за сеанс ты мне не платишь, но я не настаиваю на ответе.
— Герман изменился, Нин, — прошептала Алиса, у которой к горлу уже подступали слезы, которые она сдерживала уже несколько дней. — Знаешь, другой совсем человек, взгляд… не знаю, он будто сто жизней успел прожить за это время. Чужой вроде. И в то же время родной. Мой.
— На старых дрожжах не построишь новых отношений, — зевнула Нина. — Слишком много вы наворотили тогда.