Лишь взглянув на мужа, узнаю, что кровь не моя.
— Сука… — Марат вытирает со лба красный ручеек и со стоном поднимает голову.
Следом за ним я тоже выпрямляюсь.
Мы все еще в пыльном облаке. Ежики в песочном тумане. Единственное, что позволяет ориентироваться — яркие огни машины. С каждым ударом сердца они становятся все ближе. Слепят как два солнца. Заставляют сердце биться быстрее.
— Сидеть! — рявкает Марат, стоит мне потянуться к защелке ремня.
— У тебя кровь. Я обойду, — произношу первое, что приходит в голову.
— Заботливая какая! — сипит сквозь зубы муж. — Потекла, шалава? К ебарю своему захотела? Хрен тебе!
Он замахивается. Но в ту же секунду дверь с его стороны распахивается, чья-то рука хватает Марата за шкирку.
Сквозь гул в ушах я слышу злой голос своего майора:
— Приехали! На выход, ублюдок!
— Егор?! — От радости я дергаюсь в его сторону.
Как назло, проклятые ремни снова останавливают.
— Зря ты, мент, запал на эту сучку. Хана тебе. — Муж сбивает с груди чужую руку и сам выходит из машины.
— Марат, пожалуйста, не трогай его! — Я каким-то чудом за секунду избавляюсь от ремня и вылетаю на улицу. — Умоляю!
Падая, пытаюсь схватить мужа за руку. Но промахиваюсь и повисаю на бедрах.
— Он сам нарвался. Пошла вон!
Марат отталкивает меня в сторону и становится в стойку.
Я хорошо знаю, что обычно бывает после этого. Некоторые бойцы со временем уходят на покой. Перестают тренироваться. Теряют силу и реакцию. Однако это не о муже.
После окончания карьеры у него словно открылось второе дыхание.
Не помню, чтобы хоть кто-то смог уложить Марата на лопатки. В основном все заканчивалось тяжелыми травмами для его соперников. Вряд ли у майора Следственного комитата есть хоть какой-то шанс выстоять в одиночку против этой машины для убийства.
— Заклинаю тебя, оставь его. — Я становлюсь на колени перед мужем. — Забери меня. Поедем отсюда.
— Марат Попов еще никогда не отказывался от боя, — зло рыкает он, и будто собрался поразвлечься, показывает Егору жест «иди ко мне».
— Алена, дуй в машину, — игнорируя Марата, командует мой спаситель.
В отличие от мужа он не рисуется эффектными позами и не болтает без умолку.
Вся его подготовка к драке — похрустеть шеей и закатать рукава.