Прошу любить и жаловать, — Давид Эдуардович громогласно провозглашает бравую речь о смене преподавателя в нашей группе.
Мой взор снова цепляется за узкие щиколотки, чтобы в следующий миг почувствовать на себе испуганный взгляд бирюзовых глаз.
Глава 4
Ева
Приехав за полчаса до предполагаемого собеседования, я поднимаюсь на нужный мне этаж.
В приемной меня встречает девушка, секретарь ректора, которая предлагает мне подождать, пока Татьяна Васильевна «занята».
Достав папку со своими документами, присаживаюсь на мягкий замшевый диван телесного оттенка.
— Ева Игоревна, — обращает на себя внимание голос милой девушки. — Татьяна Васильевна готова вас принять, — послав мне вежливую улыбку, возвращается к своей работе.
Встав с диванчика, расправляю свою одежду. Призываю все свое самообладание — не растеряться и выстоять сегодня, в прямом смысле этого слова.
Едва я открываю дверь, как меня чуть не сбивает с ног мужчина в костюме.
— Ты цела? — грубый мужской голос царапает мои нервы, вызывая стойкое желание нахамить в ответ на его учтивость.
— А как Вы думаете? — наклоняюсь, чтобы подобрать вылетевшие листы бумаги. — Меня не каждый день сбивают с ног, а потом ещё «Ты» — кают, — бросаю косой взгляд на своего обидчика.
— Извини — те. Так сойдёт? — да он издевается? Сейчас я ему!
— Уважаемый… — замолкаю на полуслове.
— Да. Интересно жизнь закрутила, правда? — слегка с прищуром смотрит на меня, оценивающе скользя по мне взглядом.
— Восемь лет не виделись… много воды утекло с наших студенческих лет. Дай тебя обниму.
Подхожу к нему ближе и обнимаю его за талию. Встретится в другом городе, при других обстоятельствах с человеком, с которым связывали не только веселые будни студентов, но и гораздо большее.
"— Мне нужно идти, Ева. Мы обязательно ещё встретимся, — слегка отстранившись от меня, направляется на выход, оставляя после себя досадное послевкусие.
На меня, будто ледяной ушат воды выплеснули. Такая отстраненность и холодность, совершенно на него не похоже.