Одно упоминание о сопернице – и… дзынь! А сейчас мне нравилось сидеть напротив и просто молчать.
Утолив жажду, Паша поставил бутылку на стол и, подперев голову, еще пару секунд смотрел на меня. А потом негромко сказал:
– Спасибо тебе, Поля.
– За что? За квас? – тихо спросила я.
– За то, что согласилась помочь.
– А для чего еще нужны друзья? – улыбнулась я.
Глава третья
В воскресенье я снова опаздывала. Слишком долго собиралась. Но на сей раз у меня была очень уважительная причина – я должна предстать перед Германом Буравиным, нашим донжуаном, во всей своей красе.
На кухне было отличное освещение, поэтому я притащила туда зеркало и большую косметичку. Откуда взялись все эти банки-склянки, я, если честно, даже не помнила.
На кухню в забавной пижаме с супергероями зашел заспанный Гошка. Смирновы вернулись домой поздно вечером в субботу. Жаловались, что на даче отключили электричество. Долгое время сосед наблюдал, как я старательно крашу глаза тушью, а потом спросил:
– Зачем ты открываешь рот? Муха залетит.
Я промолчала, но рот захлопнула. Сердито посмотрела на Гошку. Мальчишка продолжил:
– Стоило на сутки на дачу умотать, продукты пропали. Кто выпил мой квас?
– Кто тебя не боится, – не слишком довольно ответила я, – нечего яблоки чужие пожирать, как садовая гусеница.
Потом я прикинула, что с Гошей все-таки лучше дружить, ведь я обещала Пашке сделать из соседа посыльного. Но у мальчишки, видимо, было хорошее настроение, потому что он пропустил колкости мимо ушей и сел за стол напротив меня.
– Как тебе макияж? – спросила я, прикрыв оба глаза и зачем-то подняв брови.
– Для чего тебе краситься в воскресенье с самого утра?
– Сегодня я должна выглядеть на все сто, – ответила я, потянувшись за карандашом для губ.
Нанеся макияж, принялась рассматривать себя в зеркале. Признаться, немного расстроилась. Получилось не так, как я представляла.
– Макияж меня старит, – пробормотала я себе под нос.