Еще раз большое тебе человеческое спасибо за то, что не поленился время на мою просьбу потратить.
– Благодарности принимаются в жидком булькающем виде, – засмеялся Янкин.
– За нами не заржавеет, – пообещал Степан. – Пара вопросов еще. Если человек отравлен ядом двузуба, какой прогноз?
– Сам как думаешь? – фыркнули из трубки.
– Стопроцентно летальный исход? – испугалась я.
– Нет, – возразил Янкин.
– Их вылечат? – уточнил Дмитриев.
– Как при любом заболевании, необходимо учитывать состояние здоровья человека, возраст, – завел Дима, – примерно восемьдесят человек из ста тех, кто получил токсин, остаются в живых.
– Уфф, – выдохнула я."
"– До конца дослушай, – пробурчал «докладчик», – из них девяносто процентов становятся инвалидами. Состояние, как у перенесших тяжелейший инсульт. Потеря речи, соображение отсутствует, руки-ноги не работают.
– Ужас, – прошептала я, – либо человек умрет, либо останется жив, но разве это жизнь?
– Никто не выздоравливает? – осведомился Степан.
– Единицы, – не оставил нам надежды Янкин, – в основном те, кто получил яд с пищей и съел минимальное количество еды.
Степан сделал глоток воды.
– Прости, в горле пересохло. Я не знал про двузуба, но заподозрил отравление. А кто у нас лучший по ядам? Янкин! Поэтому я тебе позвонил.
– Хорошая порция лести всегда приятна, – отметил Дмитрий. – Все. Я за руль сел, на дороге по мобильнику не болтаю.
– Думала, ты дома, – удивилась я.
– Был, – ответил Дима, – но поскольку в процессе нашей беседы возникло предположение, что людей отравили ядом двузуба, я взял все необходимое, спустился в паркинг и сейчас поеду в клинику. Полагаю, что у Андрея нормальные специалисты, он дураков держать не станет. Но что-то мне подсказывает, что токсикологи они никакие. Сделают анализы, не обнаружат привычного стрихнина или всего такого, примитивного.