Еще б посветлее было… ай, ладно.
— Сначала просто показываю, — предупредил я, вставая напротив дерева. Сосредоточился — и…
— Пшшш… — Растение вздрогнуло от макушки до корней — а потом раздался звук, словно дождь вдруг пошел. Это из кроны посыпались отжившие, но не успевшие оторваться листья, сучки и прочий лесной сор.
— Ого!
— Вау…
— Есть два пути дальнейшего постижения этого удара, — войдя в роль наставника, принялся вещать я. — Или попытаться как можно подробнее визуально запомнить показанные движения и тренировать их раз за разом сотни, тысячи раз, пока вдруг не выйдет.
На этом месте я встряхнул кистью правой руки: боль немного, но прибавилась."
"— Второй же способ: открыть своё сознание, отрешиться от всего… и ваше тело само сделает нужные движения за вас. Я использовал для вхождения в транс заученное стихотворение, полностью сосредоточившись на звучащих внутри меня строках… — Ух, послушать со стороны: такой бред! Не даром у Птицы опять скепсис на лице написан вот такими буквами.
А деревце-то не таким уж тонким оказалось: мне честно показалось, что Оборотень снесет его от избытка усердия на одной голой силе, но нет. Только самая нижняя ветка недовольно закачалась.
— «Путь в тысячу ли начинается с одного шага», — продемонстрировал я восточную мудрость слегка расстроившемуся Вульфи.
Подойдя к столу, мы как по команде обернулись, не увидев Джаз. Оказывается, девушка так и осталась стоять на том же месте, где слушала меня. Она прикрыла глаза, тихонько раскачивалась из стороны в сторону, что-то почти беззвучно но мелодично мурлыкая себе под нос. Вот увлекающаяся натура.
— Пусть её, — я тормознул Оборотня, решившего растормошить сокомандницу.
Аргумент вкупе с тихим хлопком винной пробки подействовал: в компании Хоук штопор был просто не нужен. Ммм, вино и жареное мясо — пища богов! Надо не забыть перевернуть следующую порцию на угл…
— Пшшш!
Мы, все трое, медленно обернулись. Джаз обнаружилась под деревом-«грушей», с круглыми глазами рассматривающей под жидким дождиком из листьев и прочей трухи собственный кулак.